"ТИНРО-2"

От ладьи и коча до атомохода.
Изображение
31 июля 2012 года исключен из Регистровой книги судов и готовится к утилизации атомный ледокол «Арктика».
Стоимость проекта уничтожения "Арктики" оценивается почти в два миллиарда рублей.
Мы выступаем с немыслимой для любого бюрократа идеей:
потратить эти деньги не на распиливание «Арктики», а на её сохранение в качестве музея.

Мы собираем подписи тех, кто знает «Арктику» и гордится ею.
Мы собираем голоса тех, кто не знает «Арктику», но хочет на ней побывать.
Мы собираем Ваши голоса:
http://arktika.polarpost.ru

Изображение Livejournal
Изображение Twitter
Изображение Facebook
Изображение группа "В контакте"
Изображение "Одноклассники"

"ТИНРО-2"

Сообщение ББК-10 » 13 Апрель 2016 21:08

 Тинро-2.jpg
"ТИНРО-2"

Первый исследовательский ПА проекта 1605 «Тинро-2» СПА-73-01 построен в 1972-73 годах в Ленинграде на Ленинградском Адмиралтейском объединении по заказу Министерства рыбного хозяйства СССР. Испытания проходил под командованием Гирса М.И. и принят в эксплуатацию на судно-носитель «Ихтиандр» (пр.399Б) в 1974 году.
В 1977 году в строй вступило научно-исследовательское судно «Гидронавт» и «Тинро-2» был передан на этот носитель. «Тинро-2» совершал погружения в Чёрном море, в Аденском заливе, в Атлантическом и Тихом океанах.
В сентябре 1983 года НИС «Гидронавт» с «Тинро-2» на борту выполнял работы в северной части Тихого океана, когда ПА вместе с носителем был включён состав отряда судов, осуществляющих поиск и подъем деталей южнокорейского самолета «Boeing-747», сбитого над территорией СССР.
«Тинро-2», не оборудованный иллюминаторами, осуществлял поиск объектов на грунте и наводил на них водолазов или фотографировал обнаруженные предметы. Так им была сфотографирована единственная человеческая рука, американские банкноты и какие-то этикетки, разбросанные по дну.
В 1992 году после развала СССР НИС «Гидронавт» вместе с ПА «Тинро-2», работающие в Тихом океане были переданы Украине. Через три года украинские власти передали носитель, вместе с ПА передали Вьетнаму за долги, где корабли ещё долго работали на коммерческие японские фирмы.


ПА "Тинро-2" пр.1602

 Тинро-2 схема.jpg
В середине 1960-х годов конструкторы Гипрорыбфлота по заявке учёных Тихоокеанского научно-исследовательского института морского рыбного хозяйства и океанографии разрабатывали два новых проекта исследовательских подводных аппаратов. В честь Тихоокеанского института рыболовства и океанографии проекты новых кораблей получили названия ТИНРО-1 и ТИНРО-2.
Первый проект ТИНРО-1 предусматривал создание полностью автономной подводной лодки, которая была способна продолжить исследования начатые на ПЛ «Северянка». ТИНРО-1, оборудованная манипуляторами, могла бы плавать в течение 20 суток, удаляясь на 500 миль от базы и погружаться на 300 метров. ПЛ должна была оснащаться водолазным комплексом, с помощью которого водолазы могли бы выходить из ТИНРО-1 за борт и возвращаться в ПЛ Конструкторы не смогли уложиться в заданные весогабаритные характеристики и работы над проектом были прекращены.
Второй проект ТИНРО-2 маленького автономного обитаемого подводного аппарата, работающего с борта надводного судна-носителя. ТИНРО-2 предназначался для: изучения распределения и миграции промысловых рыб, наблюдения за работой неподвижных орудий лова, исследования дна промыслового шельфа и других работ. Конструкторские работы велись под руководством Дмитриева А.Н.
Рабочий проект ТИНРО-2 был разработан в Ленинграде в ЦПБ «Волна».
Прочный корпус ТИНРО-2 — стальной, цилиндрический, диаметром - 1,5 метра.
Система погружения и всплытия состоит из двух бортовых стеклопластиковых балластных цистерн, заполняемых при погружении забортной водой и продуваемые сжатым воздухом для всплытия.
Электродвигатели движительно-рулевого комплекса установлены в прочном корпусе, их гребные валы проходят через дейдвудные сальники. Кормовая поворотная кормовая насадка имеет гидравлический привод.
Электропитание обеспечивается от погружной АБ, размещённой в забортных контейнерах. В аварийной ситуации, один из контейнеров может быть сброшен.

1 – вертикальный стабилизатор; 2 – поворотная насадка; 3 – маршевый винт; 4 – агрегатный отсек; 5 – электродвигатель маршевого винта; 6 – шток погрузочного устройства; 7 – отсек экипажа; 8 – пульт командира; 9 – светильник; 10 – иллюминатор; 11 – место наблюдателя; 12 – АБ.


© Отечественная гидронавтика
http://oosif.ru/glavnaya-1
Аватара пользователя
ББК-10
 
Сообщения: 4790
Зарегистрирован: 05 Ноябрь 2014 17:53

"ТИНРО-2"

Сообщение ББК-10 » 13 Апрель 2016 21:54

 Гирс - 0001.jpg
 Гирс - 0003.jpg
 Гирс - 0148.jpg
 Гирс - 0149.jpg
 Гирс - 0150.jpg
Гирс М.И. ТИНРО-2 в океане.djvu [16.01 МБ Скачиваний: 24]
Аватара пользователя
ББК-10
 
Сообщения: 4790
Зарегистрирован: 05 Ноябрь 2014 17:53

"ТИНРО-2". ЮЖНОКОРЕЙСКИЙ ЛАЙНЕР УШЕЛ В СТОРОНУ МОРЯ

Сообщение ББК-10 » 13 Апрель 2016 22:50

М.И. Гирс
капитан-наставник подводного аппарата к.т.н.

ЮЖНОКОРЕЙСКИЙ ЛАЙНЕР УШЕЛ В СТОРОНУ МОРЯ


 Гирс_«Боинг-747»_01.09.1983_-01.jpg
1 сентября 1983 года рыбо-поисковое судно /РПС/ "Гидронавт", принадлежавшее Севастопольскому конструкторскому бюро по подводным исследованиям / теперь база "Гидронавт"/, имея на борту обитаемый подводный аппарат "Тинро-2" Минрыбхоза СССР, стояло во Владивостоке.
Шли последние приготовления к выходу в очередной научный рейс, который был назначен на 7 сентября.
Однако положение с выходом осложнялось полным отсутствием снабжения, в том числе и продуктов, и когда они могли появиться, никто не знал. Я не первый раз уходил из Владивостока и каждый раз возникали аналогичные трудности, но сейчас положение было совсем безнадежным.
Капитан судна Борис Михайлович Касс прикладывал титанические усилия для получения продуктов, но все его официальные усилия были напрасны и лишь натуральный обмен приносил кое-какие плоды.
Для моряков нет ничего хуже бессмысленного ожидании в порту, тем более, что каждый день вынужденной стоянки оттягивал возвращение в родной Севастополь, из которого судно ушло 10 месяцев назад.
Занятый своими горестными заботами экипаж без особых эмоции встретил сообщение о том, что над Сахалином сбит южнокорейский самолет. Вечером за традиционным чаем мы с капитаном, обсуждая прошедший день, заметили, что как-бы вместо работы у Курил нам не пришлось искать самолет. Однако в тот момент высказанное предположение показалось нам фантастическим, поскольку было совершенно нереально, чтобы маленькое рыбацкое судно могло быть вовлечено в [такую] большую политику.
Около двух часов ночи я проснулся в каюте от телефонного звонка. Звонил капитан: "Миша, поднимись ко мне". Я шутливо спросил: "Одеваться по форме?", но сразу понял, что капитану не до шуток. Я быстро оделся и поднялся в капитанскую каюту. Уже на пороге я был буквально ослеплен золотом погон. Оказалось, что к капитану пожаловал заместитель командующего Тихоокеанским флотом со свитой. Он сообщил нам, что из Москвы послана [хххххххххх] правительственная телеграмма, в которой нам предписывается принять участие в поисках
 Гирс_«Боинг-747»_01.09.1983_-02.jpg
-2-
самолета. Телеграмма должна была быть на борту завтра утром, а сейчас он попросил сообщить, какое необходимо снабжение, чтобы судно как можно скорое могло выйти в район поиска. Он сказал также, что и другие наши нужды будут удовлетворены.
К утру у нас с капитаном был готов список всего необходимого для судна и подводного аппарата. Список сразу же был доставлен в отдел снабжения флота.
Правительственная телеграмма действительно пришла утром. В ней предписывалось "Гидронавту" поступить в полное распоряжение командующего Тихоокеанским флотом вплоть до особого указания. Таким образом программа запланированного рейса в район Курильских островов отменялась и впереди была полная неизвестность.
Команду судна и экипаж подводного аппарата охватило сильное волнение. Оно было вызвано не столько неопределенностью дальнейшей жизни, как необычностью полученного задания. До сих пор аппарат использовался исключительно для биологических исследований по определению запасов промысловых объектов и наблюдениями за работой орудии лова. Но я был уверен, что богатейший опыт, приобретенный [мною] нами под водой в предыдущих десяти рейсах, когда приходилось погружаться в самых разных, порой очень сложных условиях, высокая квалификация судовых специалистов и надежность нашей подводной техники помогут нам и в этом случае,[хорошо выполнить работу].
Специфика предстоящей работы потребовала некоторых изменений в штатном расписании. Мы решили не брать с собой всю научную группу, а оставить только двух самых опытных подводных наблюдателей, Славу Попова и Володю Бондарева, которые попеременно должны были погружаться либо со мной, либо со вторым капитаном подводного аппарата "Тинро-2"
Юрой Сидоренко. Таким образом для двухместного "Тинро" было сформировано два экипажа - капитан и подводный наблюдатель, которые, сменяя друг друга, могли обеспечить эффективный поиск.
Однако экипаж судна все-таки увеличился на одного человека. Впервые за время существования судов класса "Гидронавт" на борту появился первый помощник, кадровый морской политработник М.И. Алябьев, который сразу стал мобилизовывать экипаж на выполнение правительственное задания. Начиная с этого рейса, первые помощники непрерывно выполняли свою
 Гирс_«Боинг-747»_01.09.1983_-03.jpg
-3-
"мобилизующую" роль, вплоть до 1990 г., когда по требованию экипажа эта должность была исключена из штатного расписания судна.
[Днем] Капитана, меня и первого помощника пригласили в штаб Тихоокеанского флота для введения в курс дела и постановки задачи. Там выяснилась очень интересная ситуация: хотя официально, следуя телеграмме, мы выполняли правительственное задание, но, придя в район поиска, должны были делать вид, что ведем свою обычную работу по поиску рыбы. Как нам объяснили, это требование было связано с тем, что в районе падения самолета уже сконцентрировано большое количество иностранных военных кораблей, которые не должны догадаться о нашей истинной задаче. На карте нам показали предполагаемую точку падения самолета в воду по данным береговых радиолокационных станций.
Узнали мы также, что в поиске будут принимать участие подводные силы ВМФ, подводный аппарат "Океанолог" и ряд необитаемых подводных аппаратов дальневосточного отделения АН СССР. Таким образом, в районе поиска собирался цвет советской подводной техники, с помощью которой при умелом руководстве можно было бы достигнуть быстрых и успешных результатов. Увы, такая возможность на была использована.
Наш опыт свидетельствовал ,что поиск затонувшего объекта будет очень сложным делом, так как местоположение самолета на грунте могло не соответствовать точке падения его в воду из-за сильных, часто переменных подводных течений, которые могли сместить его на значительное расстояние. Поиск мог еще больше затрудниться плохой подводной видимостью. Однако из беседы в штабе сложилось впечатление, что военные считали отыскание самолета делом уже практически сделанным. Они говорили нам, что в первом же погружении мы должны обнаружить самолёт, и обсуждения велись в основном о том, как его будут подымать. Уверившись а легкости работы, военные не дали нам никакой методики поиска, поэтому мы вышли из штаба флота несколько обескураженные, решив, что, когда придем в район, то вместе со всеми участвующими согласуем совместную работу.
Затем нас пригласил в главк "Дальрыба" его начальник, впоследствии министр рыбного хозяйства Н. И. Котляр. Он сообщил нам, что в район поисков направлены большие траулеры, которые уже прочесывали тралами дно. Начала воплощаться в
 Гирс_«Боинг-747»_01.09.1983_-04.jpg
-4-
жизнь "гениальная" идея военных самым простым способом, пустив большое количество рыболовных судов и военных тральщиков, поднять обломки самолета вместе с "черным" ящиком.
Для того, чтобы работа рыболовных судов в районе, где никогда не ловили раньше рыбу такими большими силами, не вызывал удивления иностранцев, этот район был объявлен промысловым, а все суда, в том числе и "Гидронавт", были включены в промысловую экспедицию.
Котляр сказал, что [он] очень беспокоится за безопасность нашей работы и [что он] возражает против участия подводного аппарата Минрыбхоза в поиске и даже готов ходатайствовать об отмене указания о привлечении "Гидронавта" с "Тинро" к этой работе. В тот момент мы не совсем поняли его беспокойство, и только придя в район работ, нам стало ясно, чем оно было вызвано. Беседа с нами [в которой он выяснил наш подводный [ххх]стаж и работы, проведенные нами, а также способы взаимодействия аппарата и судна,] несколько успокоила его, однако он предупредил, что из-за частых зацепов на дне в районе поиска уже скопилось много порванных тралов и чтобы мы соблюдали осторожность. Действительно, для подводного аппарата зацепившийся трал представляет самую серьезную опасность под водой.
Мы договорились, что ежедневно будем сообщать непосредственно ему результаты [наших] поисков, а также все [наши] просьбы.
Если военные потребуют от нас выполнить работу выше наших возможностей, мы также немедленно должны были сообщить ему.
Нас приятно удивило, что в отличие от военных, в "Дальрыбе" был создан оперативный штаб, где царил порядок и дисциплина, а на [огромной] карте отмечались все передвижения принимавших участие в операции траулеров.
Выяснилось, что у подводного аппарата "Океанолог" нет судна-носителя, поэтому его экипаж обратился к нам с предложением поставить "Океанолог", весящий около 12 т, на "Гидронавт", разместив его на крышке ангара над аппаратом "Тинро-2" и, спуская сначала "Океанолог", а затем "Тинро", работать двумя аппаратами. К сожалению, эту идею пришлось отвергнуть, так как крышка ангара не была рассчитана на такие нагрузки. Тогда военные предоставили возможность экипажу "Океанолога" выбрать любое находящееся во Владивостоке судно, принадлежащее любому ведомству, выбор пал на КИЛ-32, судно постройки
 Гирс_«Боинг-747»_01.09.1983_-05.jpg
-5-
ГДР, оборудованное мощным подъемным краном. Появилась реальная возможность осуществлять совместный поиск двумя аппаратами.
Выход "Гидронавта" был намечен на 5 сентября. Оставалось завести снабжение, которое было доставлено в последнюю ночь и состояло из дефицитного мяса, круп и других продуктов, а также всего необходимого для работы аппарата.
Экипаж беспокоился, как будет оформлен рейс, так как у нас планировался загранрейс со всеми его благами, а, судя по району работ, такового не получалось. Тогда капитан судна Басс поставил перед военными условие - оформить работу как загранрейс, чтобы не обижать моряков. Тем более, что после окончании работы судну надо было возвращаться в Севастополь. Условие было выполнено и даже вместо тщательного досмотра, который устраивался пограничниками и таможенниками перед всеми нашими предыдущими выходами, на сей раз эти службы появились на судне в лице одного пограничника и одного таможенника, которые, не выходя из кают-компании, в пять минут оформили отход.
9 сентября 1983 года в 14 часов [судно] "Гидронавт" с "Тинро-2" вышел из Владивостока на поиски самолета. На следующий день в Северном Приморье мы сделали контрольное погружение для проверки работоспособности аппарата. Все оказалось в порядке. Вечером начался шторм, который, усиливаясь с каждым часом, очень мешал нашему движению в район поиска. Лишь 15 сентября вечером судно подошло к предполагаемой точке падении самолета. Она находилась между островами Сахалин и Монерон в нейтральных водах, но в советской экономической зоне. Это обстоятельство оказалось определяющим для расстановки сил и для условий нашей работы.
При подходе мы увидели зарево от электрических огней, какое обычно бывает над крупным городом или в месте большого скопления судов. Капитан пригласил меня в рулевую рубку и я увидел на экране локатора около пятидесяти светящихся точек, обозначавших пока невидимые глазом суда. Утром, оказавшись в самой гуще гражданских судов и военных кораблей, мы смогли рассмотреть их подробно. Среди них было несколько кораблей 7-го флота США, японские военные корабли и большое количество наших судов и кораблей. Внимание в первую очередь привлекло гигантское судно "Михаил Мирчинк", посредине кото -
 Гирс_«Боинг-747»_01.09.1983_-06.jpg
-6-
рого торчала высоченная вышка. Это была плавучая буровая финской постройки, оборудованная современным глубоководным водолазным комплексом.
Все суда и корабли были в непрерывном движении, что затрудняло маневрирование. Было совершенно непонято, как мы сможем работать в таких условиях.
Со временем мы узнали всех, принимавших участие в поиске. [ххххххххххххххххххххххх] Советский Союз представляли 25 военных кораблей, среди которых были такие крупные, как большие противолодочные корабли /БПК/ сначала "Петропавловск", а затем 'Ташкент"; 15 рыболовных траулеров разного класса, буровое судно "Михаил Мирчинк", 2 больших буксира ,3 судна-носителя обитаемых подводных аппаратов и 2-необитаемых.
Со стороны США было два ракетных крейсера, 4 фрегата, 2 корабля береговой охраны, 2 больших буксира с водолазными комплексами и база снабжения. Американский отряд возглавлял фрегат № 1071 "Беджер / Badger/ [подобный фрегат мог увидеть любой из советских телезрителей совсем недавно, когда в программе "Время" начались сообщения о событиях в Персидском заливе. Его острый хищный форштевень, проплывая по экрану, открывал эту рубрику].
[Корабли] Япония была представлена тремя крупными кораблями береговой охраны класса PL [ххххххххххххххххххххххх], один из которых был с вертолетом.
Некоторые из них уходили, другие приходили, но всегда более 50 судов кружились над затонувшим самолетом.
Нашу группу возглавлял БПК "Петропавловск'', на борт которого мы с капитаном сразу же были приглашены для участия в оперативном совещании. Нас принял командир БПК. После знакомства нам рассказали, что накануне приходило [сюда] южнокорейское пассажирское судно с родственниками погибших. На судне была отслужена панихида, после окончания которой в воду спустили венки. Мы действительно видели какие-то непонятные предметы на воде. После рассказа стало ясно, что это плавали остатки венков. На совещании перед нами была поставлена первоочередная задача - поиск пресловутого "черного" ящика и бортового журнала. Кроме того, нам вменялось в обязанность фотографировать все предметы, имевшие отношение к самолету. С командиром БПК мы договорились о взаимодействии. Каждое утро
 Гирс_«Боинг-747»_01.09.1983_-07.jpg
-7-
нам будет [ххххххх] назначаться точка погружения, а вечером мы должны будем сдавать на БПК отчет и все фотографии, сделанные под водой. Ни о какой координации работ, ни о каких совместных действиях речи не шло.
Нас предупредили, что в районе поиска сложная гидрологическая обстановка, связанная с придонными течениями скоростью до 1,5-2 узлов и пересечённым рельефом, нас также поставили в известность, что работа будет проходить на глубинах от 150 до 250 метров.
Мы встретились с экипажами подводных аппаратов ВМФ, которые уже сделали несколько погружений, пока безрезультатных. Они нас обрадовали сообщением о хорошей видимости у грунта, единственным положительным фактором в предстоящей работе.
Для наших погружений погода, к сожалению, была неподходящей, волнение свыше 4х баллов, скорость ветра 12 м/с. При таких условиях подводный аппарат спускать было нельзя, поэтому мы получили указание занять позицию в районе работ между островами Монерон и Сахалин и ждать подходящей погоды. Монерон представлял собой весьма унылое зрелище, камни, обрывистые крутые берега, но он мог все-таки иногда заслонить "Гидронавт" от ветра. Поэтому мы воспользовались защитой, что потом делали еще не раз.
15 сентября волнение чуть "убилось" и мы, учитывая важность момента, решили все-таки спускать аппарат.
Наше появление в общем судовом столпотворении не вызвало ни у кого особого интереса, так как все посчитали нас обычным рыболовным судном. Обычная для рыболовных судов окраска трубы "Гидронавта" подтверждала его принадлежность к рыбакам. Чтобы не разрушить легенду "рыбной ловли", нами совместно с военными был изобретен безумный шифр, в котором все предметы, связанные с самолетом, обозначались рыбными терминами: минтай - куски самолета, креветка - электронные блоки, хек - полетные документы, бычки - человеческие останки и т.д.
Но как только на "Гидронавте" открылась крышка ангара и из него стал подниматься "Тинро-2", к нам немедленно устремился американский фрегат "Беджер", а с его вертолетной площадки поднялся вертолет и завис над судном. На вертолёте открылась дверь и несколько мощных камер стали фиксировать все подготовительные работы и спуск аппарата. Мы засветили себя. Всем стало ясно, что невзрачное маленькое рыболовное
 Гирс_«Боинг-747»_01.09.1983_-08.jpg
-8-
судно становилось одним из главных участников поисковых операций.
Повышенный интерес американцев к погружению "Тинро-2" был вызван тем, что ни они, ни японцы не могли вести поисковые работы в таком объеме, как мы, несмотря на великолепное оснащение. Поскольку все суда находились в 200-мильной советской экономической зоне, то следуя требованиям международном конвенции по ее статусу, никто, кроме советских судов, не имел права выполнять работы на грунте.
В момент спуска аппарата "Беджер" подошел к "Гидронавту" почти вплотную вопреки международным правилам мореплавания, [ххххххх] выполнение которых диктовалось специальными флагами, поднятыми на мачте нашего судна, но любопытство американцев к нашим действиям было столь велико, что они пошли на нарушение правил, создав угрозу безопасности плавания аппарата.
После нашего обращения к командиру БПК "Петропавловск" для безопасной работы аппарата был выделен обеспечивающий тральщик, в задачу которого входило отгонять от нас назойливых наблюдателей. Несмотря на то, что наш защитник был примерно в десять раз меньше "Беджера", он нес службу храбро и самоотверженно. Если кто-то из посторонних в момент погружения аппарата начинал приближаться к нам, на тральщике немедленно расчехлили маленькую пушечку и в такой боевой готовности МТЩ приступал к выполнение задания. Из его трубы сначала начинал идти черный дым, затем вырывалось пламя и МТЩ приходил в движение. С воинственным видом он самоотверженно несся прямо в борт нарушителя и не было случая, чтобы любой корабль и даже "Беджер" нехотя не начинали отворачиваать и уходить на почтительное расстояние. А защитник гордо занимал позицию между "Гидронавтом" и посторонним кораблем. Экипаж "Гидронавта" прозвал его "Садычком" в честь судовой собаки по кличке Садык, которая вела себя столь же бесстрашно в критических ситуациях.
Но защита появилась позже, а в первом погружении "Тинро-2" нырнул под днище "Беджера". На "Гидронавте" все находились в большом напряжении, потому что было совершенно неясно, как поведут себя в этой ситуации американцы, а экипаж аппарата / в первое погружение я пошел с подводным наблюдателем В. Поповым / кроме того не знал, что ожидает его
 Гирс_«Боинг-747»_01.09.1983_-09.jpg
-9-
под водой.
Несмотря на большое число "зрителей", спуск при трехбалльном волнении прошел гладко и мы сразу погрузились до грунта на 215 м. Прозрачность воды действительно была хорошей и грунт мы увидели с 15 метров. Аппарат опустился на некрутой склон, усыпанные камнями и белыми губками. Никаких посторонних предметов, относящихся к самолету, видно но было. Я направил аппарат против течения, довольно сильного, свыше одного узла. Первые полчаса мы шли в обычном режиме в нескольких метрах от грунта, внимательно вглядываясь в очертании камней и боясь каждую минуту увидеть обломки самолета и останки погибших. Вдруг около большого камня справа по курсу я [хххх] заметил больную книгу, объемом около 300 страниц, лежащую на грунте. Направив аппарат прямо к ней, я сообщил на судно, что наблюдаю "хек". Сверху немедленно последовала команда подробно рассмотреть находку. Я посадил аппарат так, что книга оказалась под нижними иллюминаторами. [ххххх]Чтобы его не сносило течением, пришлось сильно прижаться к грунту. Свершенно неожиданно из-за каких-то водяных завихрений, которые создал аппарат при маневрировании, книга раскрылась и страницы стали медленно переворачиваться, как-будто их листала невидимая рука. Слава Попов начал фотографировать каждую страницу, а я пытался определить содержание книги и ее принадлежность. Пришлось пожалеть, что из-за срочного выхода на аппарате не успели установить бывший в ремонте манипулятор. С первых же страниц мне стало ясно, что книга с борта сбитого самолета. В ней были схемы каких-то систем и устройств, в пояснениях к которым на английском языке попадались слова "Боинг-747". Когда Слава заснял книгу, я решил двигаться дальше. Мы шли против течения и через несколько минут обратили внимание на какие-то маленькие листочки, которые течение несло нам навстречу, будто ветер мусор по улице. Несколько листиков зацепилось за неровности грунта и, приблизившись к ним, мы увидели, что это этикетки от новых вещей. На некоторых из них было написано by Levis. Этикеток было так много, что [породило] у нас возникло сомнение в их принадлежности к самолету. Подобные этикетки встречались в дальнейшем практически в каждом погружении. Их появление в таком кол-ве на дне так и осталось для нас загадкой, хотя, с другой стороны, откуда им было взяться в Татарском проливе?


В [скобках] зачеркнутый текст

OCR делается...
Аватара пользователя
ББК-10
 
Сообщения: 4790
Зарегистрирован: 05 Ноябрь 2014 17:53

"ТИНРО-2". ЮЖНОКОРЕЙСКИЙ ЛАЙНЕР УШЕЛ В СТОРОНУ МОРЯ

Сообщение ББК-10 » 14 Апрель 2016 20:09

М.И. Гирс
капитан-наставник подводного аппарата к.т.н.

ЮЖНОКОРЕЙСКИЙ ЛАЙНЕР УШЕЛ В СТОРОНУ МОРЯ

 Гирс_«Боинг-747»_01.09.1983_-10.jpg
-10-
Продолжив движение в направлении, откуда течением приносились бумажки, вскоре мы увидели очередную загадочную картинку. За небольшие, очень цапучие красные кораллы, которыми был покрыт грунт, зацепились какие-то меховые шкурки серого цвета. После пристального рассмотрения их, посоветовавшись, мы решили, что это шкурки норок. Вспомнив, что корейский Боинг летел из Аляски, мы объяснили их появление тем, что шкурки находились в багаже пассажиров. Шкурки также, как и этикетки, попадались нам во всех последующих погружениях.
На пределе видимости слева от аппарата я увидел темный длинный предмет, который медленно колыхался на течении. При ближайшем рассмотрении предмет оказался большим темно-коричневым теплым шарфом с поперечными полосами на концах. Следующей находкой был розовый носовой платок с красной окантовкой с цветочками. А течение продолжало нести навстречу нам обрывки магнитофонной ленты, куски материи разного цвета, телеграфную ленту, фольгу, иногда попадались бумажные бирки с веревочками, похожие на те, которые привязывают к вещам в самолете. Последней нашей находкой стал разлинованный бланк. Как потом выяснилось при анализе фотографии, это был авиационный билет. Все увиденные нами предметы были совершенно чистые без следов огня или дыма.
Прошло первых четыре часа под водой и мы приступили к всплытию. Как только аппарат выскочил на поверхность, [первое что] я увидел в иллюминаторы, [былиххххххххх] не хорошо знакомые очертания родного "Гидронавта", а хищные силуэт фрегата "Беджер", который сразу устремился к месту всплытия [aппарата]. Развернув аппарат, я заметил в противоположном направлении спешащий к нам "Гидронавт". На душе сразу стало спокойнее. По словам капитана "Гидронавта" Басса ему пришлось устраивать гонки с "Беджером", чтобы успеть занять удобную позицию дли подъема аппарата на борт. Несмотря на всеобщее волнение подъем прошел быстро и организованно.
Опять над нами завис американский вертолет. Стало ясно, что такая нервная обстановка будет сопровождать всю нашу дальнейшую работу, а прошлые научные погружения [ххххх] вспоминаться как легкая морская прогулка.
Через час фотографии, сделанные нами под водой, были готовы. Их с нетерпением ждали военные начальники, поэтому мы с Бассом сразу же повезли их на и доложили результа-
 Гирс_«Боинг-747»_01.09.1983_-11.jpg
-11-
ты погружения правительственной комиссии. Нам сказали, что завтра же снимки будут на столе у Андропова. Это были первые снимки предметов со сбитого Боинга.
Следующее погружение 17 сентября было Юры Сидоренко.
Пока аппарат опускался с судна, с "Беджера", который был тут как тут, бросили а воду длинный цилиндрический буй с антенной. После отхода аппарата "Гидронавт" подошел к бую и поднял его. Под буем на длинном эластичном кабеле длиной несколько десятков метров была подвешена гидроакустическая антенна. Вероятно, так американцы пытались прослушивать переговоры аппарата с судном. Взамен поднятого они тут же поставили другой, и регулярно продолжали опускать буи в каждом нашем погружении.
Юра и наблюдатель В. Бондарев увидали на дне помимо тех же шкурок и этикеток застрявший в камнях скальп с черными длинными волосами, которые шевелились по течению, одежду, вымпел, на котором по-английски было написано "Корея", 400 долларов и 10 метров обивочной с рисунком ткани, размотавшейся из куска. Опять быстро были готовы и переданы фотографии, за что удостоились первой благодарности.
Через день, 19 сентября, состоялось мое второе погружение, на глубину 240 метров. На грунте были видны явные следы поисковых тралений: весь грунт был вспахан, камни сдвинуты с места. Сразу же стали попадаться знакомые предметы, к ним добавились календарь с фотографией "Боинг 747", носок, обрывки вещей. Почему-то было очень много фольги.
Неожиданно на связь со мной вышел капитан "Гидронавта" и спросил: "Мимо тебя не пролетал американским вертолет?"
Я поинтересовался, в чем дело. Оказалось, что за это время в воду упал небольшой американский вертолет. "К с частью, -добавил капитан - "вам его искать пока не надо".
Вечером встретились с БПК "Петропавловск". Поняв, что наше участие в поисковых работах дает хороший результат, военные решили оборудовать "Гидронавт" [точной] системой навигации, чтобы судно могло точно выйти в заданною точку и осуществлять прицельные спуски подводного аппарата, для оперативной связи с военным командованием нам поставили специальную радиостанцию, по которой мы могли говорить с военными, не боясь, что нас могут подслушать. Для обслуживания новой аппаратуры с БПК переехали к нам и оставались
 Гирс_«Боинг-747»_01.09.1983_-12.jpg
-12-
до конца операции два офицера и два матроса.
В следующих двух погружениях ничего нового, кроме обивки самолетного кресла и свитера, обнаружено не было. По радио мы получили сообщение, что в трал одного из рыболовных траулеров попались кусок крыла, лонжерон и кусок кабины и "Гидронавт" был отправлен в район находки. Наши с капитаном соображения о том, что надо продолжать поиски в том районе, где аппарат сделал срои первые погружения, так как характер расположения предметов под водой показывал, что все они выносится течением из одного места, не были приняты во внимание.
Как мы потом поняли, ориентироваться на находки траулеров было бесполезно, так как зачастую они перетаскивали предметы по грунту с места на место, не всегда поднимая их на поверхность, чем дезинформировали участников поиска и не давали правильного представления о истинном месте нахождения самолета. Тогда мы еще думали, что самолет под водой сохранился почти целиком.
Как мы и предполагали, несколько следующих погружений были безрезультатными, зато внешняя напряженность усилилась. Низко над нами стал летать четырехмоторный винтовой американский разведывательный самолет типа "Орион", чтобы максимально снизить скорость, он летал с одним выключенным мотором. При очередном его пролете вдруг раздался страшный грохот и чуть выше "Ориона" как молния пронесся наш перехватчик типа Су и скрылся за горизонтом. Вероятно, он был вызван военными для воздушной защиты. Медленно пролетев над судном, "Орион" развернулся и лег на обратный курс прямо над палубой "Гидронавта". Когда он заканчивал очередной разворот, из-за горизонта показался наш перехватчик и столь же мгновенно пронесся обратно. Так они и летали, "Орион" успевал сделать несколько пролетов над судном, а за это время Су только только делал где-то в бесконечности разворот и летел обратно. Соревнование продолжалось до тех пор, пока "Орион" не улетел на свою базу, по всей видимости, в Японию.
В последнем из погружений в этом районе я наткнулся на красный пустой цилиндр, вероятно от шлюпочной аварийной радиостанции, широко используемой на наших судах. Он утонул , потому что в нем было несколько дыр. Цилиндр наравне с остальными чужеродными предметами был сфотографирован, и
 Гирс_«Боинг-747»_01.09.1983_-13.jpg
-13-
вечером, как обычно, все документы были переданы на БПК. Ночью меня поднял офицер связи для разговора с БПК. Говоривший оттуда пытался убедить меня, что цилиндр и есть искомый долгожданный "черный" ящик и что мы сделали непростительную ошибку, так легкомысленно отнесясь к данной находке.
Мне так и не удалось разубедить говорившего и следующее погружение нам было приказано сделать как можно быстрей в той же точке и во чтобы то ни стало найти [ххххххххххххххххх] загадочный предмет.
Но свои коррективы внесла погода, начался шторм. Хотя было ясно, что аппарат работать не может, каждое утро мы исправно получали координаты новой точки погружения.
"Гидронавт" выходил в указанную точку и, как правило, обнаруживал там поджидавший нас японский корвет PL-111 береговой охраны. Для нас осталось загадкой, как он раньше нас узнавал заданную нам точку, хотя все переговоры велись по специальной связи. Через 30—40 минут весь в дыму подходил наш персональный защитник и дальше полдня мы проводили втроем.
Лишь 29 сентября погода утихла и в один день было сделано два погружения на глубину 220 метров. Здесь мы впервые увидели пальто, застегнутое на все пуговицы, без каких-либо останков внутри. Чуть дальше лежали детские шорты, так-же застегнутые. Все остальное было стандартным набором, шкурки, бумажки, обрывки [ххх] материи, бутылки. Очень мешало работать сильное течение со скоростью свыше 1,5 узлов. Часто попадались вывороченные тралами камни.
На следующий день погода снова испортилась и девять дней мы не работали. У американцев пришел новый фрегат под номером 994, самый, пожалуй, большой из всех находившихся в районе поиска кораблей, с ракетами, установленными на направляющих пусковых установок. В сопровождении нашего стража гигантский фрегат стал ходить очень близко к "Гидронавту".
Укрываясь от шторма, мы перешли на рейд Невельска, где собралась вся наша поисковая группа. Однако днем ветер усилился до З0 м/с и якоря "Гидронавта" начали ползти, поэтому он вынужден был уйти штормовать в море, а затем в бухту Изо острова Монерон.
4 октября военные передали на судно схему "Боинга-747" с указанием, где находится "черный" ящик и с его ри-
 Гирс_«Боинг-747»_01.09.1983_-14.jpg
-14-
сунком и описанием. Оказалось, что ящика два, один для записи переговоров, а другой для записи параметров движения и энергетики. Причем "черные" ящики размерами 250х250х140 мм имели ярко оранжевый цвет.
Лишь 9 октября при очень свежей погоде мы рискнули продолжить работу. В 11-00 на погружение пошли Сидоренко и Бондарев. Они сразу вышли на большое количество обломков самолета, раскиданных по грунту, и среди них Юра увидел к своему ужасу руку, оторванную по плечо, и еще какие-то части тела.
На следующий день я погрузился в этой же точке. Глубина была 170 метров. Картина, увиденная Юрой накануне, повторилась. На расстоянии 5-7 метров друг от друга лежали обломки лонжеронов, куски обшивки с одним, максимум двумя иллюминаторами, кучи проводов. Попадалась всевозможная одежда, но без останков. Немного в стороне лежал спасательный жилет с надписью "Korean Air lines".
Я боялся увидеть пассажиров, однако, когда дело дошло и до этого, страх пропал, так как то, что я увидел, было непохоже на человеческие останки. Куски, которые нам попадались, были настолько изуродованы либо в результате падения самолета, либо объедены морскими животными, что узнать их было очень трудно. И против ожидания останков было очень мало.
Вдруг по связи с судном я услышал голос капитана, который, пытаясь сохранить спокойный тон, сказал: "Миша, срочно подвсплыви метров на 20-30 над грунтом". Не спрашивая причину, я немедленно выполнил приказ. Затем последовало указание полным ходом двигаться определенным курсом, затем застопорить ход, затем снова двигаться максимальным ходом. Через 10-15 минут таких маневров, наконец, последовало разрешение продолжить работу у грунта. Оказалось, что эту же точку одновременно с нами дали военным тральщикам, которые методично стали прочесывать грунт, не взирая на многократные обращения Басса к командирам тральщиков прекратить работу, так как они угрожали безопасности подводного аппарата. Ответ был один: "Мы получили приказ и должны его выполнить. Ни о каком вашем аппарате и знать не знаем". Лишь благодаря командам с судна мы с трудом избежали судьбы быть пойманными в военный трал.
Беспорядок продолжался и на поверхности. Охрана куда-
 Гирс_«Боинг-747»_01.09.1983_-15.jpg
-15-
то ушла и американские корабли подошли почти вплотную.
Всплыв, я в очередной раз с захватывающим интересом смотрел, кто быстрее подойдет к подводному аппарату - "Гидронавт" или "Беджер", на вертолетной палубе которого уже готовился к взлету вертолет. Наши опять победили и "Гидронавт" подошел первым. Общее количество судов на пятачке радиусов в 300 метров достигало 20. Среди них мы и всплыли, чудом ни с кем не столкнувшись. Это погружение запомнилось еще тем, что впервые появились сильные искусственные помехи, в акустической связи с судном. Кто их создавал, выяснить мы не смогли. Преступная безответственность военных, которые чуть не поймав в трал аппарат под водой, лишили его к тому же [ххххх] охраны на поверхности, нас возмутила и капитан, помня просьбу Котляра сообщать обо всех ЧП, немедленно послал ему радиограмму. Очень быстро пришел ответ, что "Беджер" впредь будет поднимать флаг "не буду препятствовать вашим работам" и только после этого мы можем безопасно спускать аппарат.
На борту судна в спокойной обстановке проанализировав с Бассом результаты двух последних погружений, мы пришли к выводу, что самолет находится в нескольких сотнях метров от тючки погружений. Нарисовав распределение течений в этом районе и сопоставив его с выносом отдельных предметов, мы поставили на планшете точку предполагаемого местоположения самолета на дне. Наши выводы и очередные фотографии мы немедленно отправили военным, предложив следующее погружение сделать в вычисленной точке. Однако в нашем анализе и предложениях никто не нуждался, так как реакции никакой не последовало. А после очередного трехдневного шторма нас отправили совершенно в другое место.
Итак, месяц нашей работы прошел. Можно было уже подвести какие-то итоги. На наш взгляд, подводная техника использовалась крайне неэффективно и безграмотно. За прошедшее время можно было под руководством великолепного специалиста по необитаемой подводной технике Михаила Дмитриевича Агеева, также принимавшего участие в поиске, с помощью его необитаемых подводных аппаратов обследовать гигантскую площадь дна и отметить все "подозрительные" места, ко-
 Гирс_«Боинг-747»_01.09.1983_-16.jpg
-16-
торые затем тщательно осмотреть обитаемыми подводными аппаратами. Затем в работу должны были включиться водолазы "Михаила Мирченка" для подъема обломков. Вместо этого огромное судно использовалось как поисковое, осматривавшее метр за метром грунт с помощью телекамеры, не приспособленной для таких работ.
Действия руководства поиска не укладывались ни в какую логическую схему. За весь месяц ни разу не было проведено общего совете участников поиска, не выслушивались их мнения, не проводилась координация работ, в отличие от американцев и японцев, которые регулярно по утрам собиралась на вертолетах и катерах на борту фрегата США №994. Глядя на их сборища, мы надеялись, что когда-нибудь и нас соберут наши военные, но безуспешно. Нам отводилась роль бездумных исполнителей. Применение же рыболовных траулеров внесло дополнительную сумятицу. Даже если им и удавалось что-то зацепить, то поднимали они это совсем в другом месте, а чаще просто перетаскивали обломки с места на место. Следы такой деятельности мы часто видели в своих погружениях.
Утешало лишь то, что беспомощность и непредсказуемость действий нашего руководства одинаково мешали как нам, так и американцам. Если им и удавалось что-то нащупать своими приборами, то на следующий день этого на дне уже не было, так как было утащено тралами, а куда, [ххххххххх] никто не знал. В результате такой организации самолет в течение первого месяца поисков найден не был.
14 октября настал момент совершить тринадцатое погружение, полностью оправдавшего свой номер. Началось все с ночного разноса по спецсвязи с "Петропавловска". Кто-то из военною руководства / а военные в разговорах никогда не представлялись / кричал по спецсвязи, что мы уже три дня не работаем, что нам дают воду, топливо и продукты, а мы бездельничаем. "Может, вам пива еще холодного подать", -грохотал начальственный голос. Между тем, море все три дня было 6 баллов и только к нынешнему утру стало успокаиваться. Капитан не менее резко ответил, что мы сами знаем, когда работать, и ушел со связи. К 10 утра море [ххххх] успокоилось настолько, что можно было спускать аппарат. Через три часа работы под водой на судне вышел из строя канал передачи станции заукоподводной связи с аппаратом
 Гирс_«Боинг-747»_01.09.1983_-17.jpg
- 17 -
и Юра Сидоренко, управлявший аппаратом, оказался предоставленным самому себе, так как до него не доходили команды с судна. По правилам после потери связи аппарат через 30 минут должен прекратить работу и всплыть. Но из-за большого количества судов вокруг всплытие без связи было очень опасно и Юра встал на грунте, ожидая восстановления связи. Благодари изобретательности радионавигатора Якушева через 35 минут станция была отремонтирована и Юра продолжил работу. Ему снова попался очень длинный кусок ткани. Юра повел аппарат над тканью, чтобы рассмотреть ее подробнее и сфотографировать и вдруг увидел в нижние иллюминаторы, как ткань неожиданно поднялась вверх и прилипла к аппарату. Ее затянуло в кормовой винт.[аппарата]. Винт застопорился и аппарат потерял возможность двигаться. Пришлось всплывать вместе с тканью. Ситуация сложилась явно аварийная, так как зацепись ткань другим концом крепко на дне, для всплытия аппарата [ххх] пришлось применять бы специальные меры. К счастью этого не произошло. Подъем аппарата вызвал еще больший интерес американцев, так как за вытащенным из воды аппаратом волочилось что-то длинное и непонятное. К тому же во время подъема лопнул шланг гидравлики спуско-подъемного устройства и аппарат на 15 минут оказался в подвешенном состоянии между небом и водой. Чтобы охладить повышенный интерес американских кораблей, [хххххххххххххххххххххххххххх] еще одному советскому кораблю пришлось присоединиться к нашему постоянному защитнику и они образовали вокруг "Гидронавта" надежный заслон. Как только плотная, видимо драпировочная зеленая с цветами ткань оказалась на палубе, распространился сильным запах керосина, которым она пропиталась под водой. Из-за этого при малейшем натяжении она расползалась в руках. Винт аппарата выглядел как муха в паутине и освободить его стоило большого труда. Как говорится, не было бы счастья, да несчастье помогло, в результате со дна было поднято вещественное доказательство, которое до мельчайшего кусочка собрали в мешок и отправили военным.
В этом погружении рядом с нами работал один из подводных аппаратов ВМФ. Юра по связи слышал голос командира этого аппарата, но на Юрины вызовы тот не реагировал.
Движимые своей идеей о совместной работе вечером мы с
 Гирс_«Боинг-747»_01.09.1983_-18.jpg
-18-
Юрой и капитаном отправились на "Михаил Козьмин", носитель аппаратов ВМФ. С объединением усилий опять ничего не получилось, но удалось хотя бы договориться о специальных сигналах в случае аварии подводного аппарата, когда нельзя было обойтись без помощи другого аппарата. Никто из руководителей поиска об этом почему-то не подумал. Военные коллеги рассказали, что тральщики мешают и им, и один раз даже зацепили якорь "М. Козьмина".
Оказалось, что в этот же день было первое погружение "Океанолога". Он дошел до глубины 180 метров, но сильное течение не позволило ему продолжить работу. Больше он не погружался, а стал использоваться как судно связи и снабжения.
Опять шесть дней штормило. "Гидронавт" ушел в свое обычное укрытие - бухту Изо острова Монерон и бросил якорь среди дивизиона тральщиков, "охотившихся " еще недавно за нами. Они здесь же пережидали шторм. Отныне они нам были больше не страшны, в ответ на нашу жалобу пришел приказ, запрещающий им тралить одновременно со спуском аппарата.
Несмотря на плохую погоду, мы ежедневно получали указание выходить в точку поиска. Мы послушно выходили, некоторое время дрейфовали среди знакомых больших кораблей, которым не требовалось укрытие и возвращались обратно, как говорили, в "гараж" под прикрытие Монерона.
Лишь 21 октября к концу дня погода позволила сделать нам очередное погружение. Как всегда, американский флот собрался в полном составе, но "Садычок" исправно нес свою службу. На сей раз работа заключалась в обследовании определенного участка дна размером 600х300 метров. Навигационная система аппарата не позволила двигаться с точностью, необходимой для детального обследования такого небольшого участка, не выходя за его пределы. Поэтому мы воспользовались старым испытанным способом, привязав к кормовому стабилизатору тонкий линь с ярко оранжевым буйком. В ночное время на буйке горела лампочка. С судна по буйку определяли местоположение аппарата и, когда буек приближался к границе обследуемого участка, аппарату давалась команда ложиться на обратный курс. Так же работали и другие подводные аппараты, хотя на фоне современнейшей морской техники, сосредоточенной в этом районе, эта методика выгляде-
 Гирс_«Боинг-747»_01.09.1983_-19.jpg
-19-
ла устаревшей на несколько веков. Не знаю, что думали по этому поводу внимательно наблюдавшие за всем американцы, но другого выхода выполнить жесткие требования военных у нас тогда не было.
Через тридцать минут после начала погружения аппарат, двигаясь у грунта на глубине 190 метров, наткнулся на огромную скалу, вершина которой терялась в темноте. Чтобы "перепрыгнуть" через неё, пришлось подвсплыть на 20 метров. Дальше пошел невообразимый хаос из коренных пород. Хорошо, что на вершинах всех скал росли веера белых мягких кораллов, которые, высвечиваясь в лучах прожекторов, заранее обозначали очередное препятстви. Проработав 5,5 часов и основательно замерзнув / температура забортной воды на этой глубине едва достигала двух градусов и в аппарате было очень холодно / проплавали мы среди скал совершенно безрезультатно. Всплыв в 12 часов ночи на поверхность, мы оказались в не менее сложной ситуации. В верхние иллюминаторы я увидел совсем близко огни десятков судов и какие из них принадлежали "Гидронавту" определить было невозможно. Крошечный топовый огонь аппарата, поднятый над водой всего на полметра,совершенно терялся среди обилия огней и вряд ли мог привлечь чье-то внимание. Я почувствовал себя очень неуютно, так как любая из морских громадин могла "переехать" через аппарат, даже не заметив этого. Но штурмана "Гидронавта" не дремали и быстро выловили аппарат из черной воды.
К четырем утра снова разыгрался шторм. Судя по карте погоды, мы находились в центре глубокого малоподвижного циклона и ждать улучшении погоды в ближайшее время не приходилось. Поэтому "Гидронавт" отправился [снова] к родному Монерону, до которого никак не мог дойти, так как ветер усилился до 7 баллов. Только к вечеру мы смогли стать на якорь с западной стороны острова у мыса Сахарная Голова. Утром, посмотрев в очередном раз на красивые, обрывистые скалы острова, падающие прямо в море, мы обнаружили, что остров из зеленого уже превратился в ярко желтый, а горы Сахалина покрылись белоснежными шапками. Приближалась зима, а никакой ясности о сроке нашего пребывания здесь не было, так как информировать нас о таких "пустяках" никто не считал нужным.
Аватара пользователя
ББК-10
 
Сообщения: 4790
Зарегистрирован: 05 Ноябрь 2014 17:53

"ТИНРО-2"

Сообщение ББК-10 » 15 Апрель 2016 15:50

М.И. Гирс
капитан-наставник подводного аппарата к.т.н.

ЮЖНОКОРЕЙСКИЙ ЛАЙНЕР УШЕЛ В СТОРОНУ МОРЯ

 Гирс_«Боинг-747»_01.09.1983_-20.jpg
-20-
Сам остров и мелководье вокруг него уже много лет были объявлены заповедником, поэтому на одной из его отмелей спокойно лежало более сотни котиков, которые изредка обмахивались ластами. Рядом на камнях сидели какие-то крупные птицы, похожие на орлов. Всех птиц и зверей, которые в изобилии здесь селились, нельзя было беспокоить, то есть подходить к берегу, гудеть, стрелять, а самолетам летать ниже 4000 метров. Но сейчас все было можно. Когда чуть стихло, между судами активно засновали шлюпки для интенсивного натурального обмена, так как у одних кончились сигареты, но было много зубной пасты, у других её не было, но в изобилии имелась горчица. Попутно обменивались фильмами. Прошел слух, что на "Пегасе" работает магазин и к нему кинулась флотилия шлюпок. "Пегасу" пришлось по радио давать опровержение. Вечером радист "Гидронавта" принял набор цифр, шифра к которым у капитана не было, запросили военных, что делать с этими цифрами. Они подумали и сказали, что ничего не делать.
Несколько изменился состав кораблей, вместо "Петропавловска" пришел такой же БПК "Ташкент", число американских кораблей достигло одиннадцати. В отличие от нашего "отдыха" у Монерона они регулярно ходили отдыхать в Японию.
В эти дни на "Гидронавт" пришли водолазы о одного из спасательных судов. По их рассказам, они нашли хвостовую часть самолета, которая стояла вертикально среди скал.
/ Очевидно, в том месте, где было мое последнее погружение/. Они сначала положили хвост, затем залезли вовнутрь, где обнаружили много останков, но про "черные" ящики ничего не сказали.
25 октября мы поехали в гости на КИЛ-32 к экипажу подводного аппарата "Океанолог". По их словам, им не разрешили работать якобы из-за нашей жалобы главкому на плохое обеспечении защиты. У них была информация, что три дня назад "Михаил Мирчинк" нашел все, что нужно, его водолазы выдышали под водой уже 60 баллонов гелия и работа идет к концу.
Нам же официально низких сообщений не поступало.
Эфир вообще молчал. Складывалось впечатление, что мы стали никому не нужны. Тогда утром 27 октября мы самостоя-
 Гирс_«Боинг-747»_01.09.1983_-21.jpg
-21-
тельно вышли в район поиска. Как наши, так и американские корабли все были в сборе, а "Михаил Мирчинк" стоял среди буев, которые, как мы решили, были привязаны к обломкам самолета. Посмотрев на карту, мы определили, что "Михаил Мирчинк" стоит в той самой точке, которою мы с капитаном рассчитали еще 10 октября и в которой нам погружаться не давали. Увидев "Гидронавт", военные тут же дали"добро" на работу и указали точку, близкую к "М. Мирчинку". Если бы мы сами не пришли, то никто нас и не позвап бы. Нам показалось, что военные просто боялись конкуренции.
Напряжение среди участников поиска нарастало, судов и кораблей вокруг "Михаила Мирчинка" становилось все больше . Чтобы иностранцы не подходили к нему близко, один из самых наших крупных кораблей "Комсомолец Камчатки" кругами ходил вокруг вышки с буями и никого не подпускал.
Погода позволила сделать очередное погружение лишь на следующий день, Юра Сидоренко и Володя Бондарев, погрузившись в заданной точке, видели человеческие останки, но частей самолета не [хххххх] встретилось.
К концу дня 28 октября военные официально сообщили, что "Михаил Мирчинк" стоит над самолетом и нам ставится новая задача: по команде "М. Мирчинка" аппарат должен был выходить на самолет и делать кадр за кадром снимки, перекрывающие друг друга. Впоследствии предполагалось в Невельске склеить все кадры вместе для получения панорамной картины.
31 октября нас пригласили на "Михаил Мирчинк". По шторм-трапу мы влезли на высоту трехэтажного дома и пошли к главному водолазному специалисту моему [хххххххх] старому знакомому В.П. Журавлеву. Он показал нам водолазный комплекс и видеофильм с обломками самолета, основная часть которых лежала на [хх] участке дна площадью 200х300 метров толщиной до полутора метров. Это страшное место условно назвали "массивом". Завтра мне предстояло туда идти и работать. Посмотрели также обломки, поднятые водолазами, в основном, электронную аппаратуру, которая во избежание окисления лежала в бочках и корытцах с водой. Хотя самолет обнаружили совсем недавно, водолазы находились под давлением /в режиме насыщения/ уже около месяца и 15 ноября долж-
 Гирс_«Боинг-747»_01.09.1983_-22.jpg
-22-
ны были выйти на воздух. Выяснилось, что совместная работа аппарата и водолазов невозможна, так как водолазный колокол, в котором их опускали на дно с борта судна, раскачивался подводным течением на 20-40 метров и подходить к нему на аппарате было опасно. Пока мы были на "Михаиле Мирчинке", к его борту подошел военный катер, на который сложили часть поднятых обломков, чтобы отвезти в Невельск.
1 ноября я и Слава Попов пошли на "Массив". Когда подошли к грунту на глубине 170 метров, то никаких обломков не увидели. Однако через 15-20 минут стали попасться первые обломки, потом личные вещи. Через 30 минут плотность их возросла, а чуть позже под обломками не стало видно грунта. Вперемешку лежали какие-то детали корпуса, куски электроники, спутанные провода, бумага, магнитофонная лента,обвивающая все кругом. Размеры обломков в подавляющем большинстве не превышали 2-2,5 метров, среди них встречались отдельные крупные части, такие как стойки шасси с разорванными колесами, развороченные двигатели, выглядевшие как лопнувшие[ххххххх] сардельки, какая-то длинная труба. На некоторых кусках обшивки с иллюминаторами были видны буквы и цифры. Немного в стороне от основного "массива" лежала разорванная надувная спасательная лодка с отчетливой надписью ""и фирменным знаком с буквами КА?. Попадалось очень много вещей, брюки, куртки, женские изящные туфли и мужские ботинки, но тел видно не было. Для фотографирования я посадил аппарат среди обломков, устойчивому положению очень мешало сильное течение до двух узлов. Пока Слава фотографировал, я, с трудом удерживая аппарат на месте, смотрел в правый нижний иллюминатор. Вдруг на моих глазах несколько мелких обломков, опутанных проводами, оторвались от общей массы и, как в пылесос, мгновенно засосались в вертикальные винты правого борта. Раздался треск и скрежет и винты пришлось остановить, дальше работать было нельзя. Один из обломков так и остался у меня до сих пор как память об этих трагических событиях.
Оценив размеры "массива" и подводную видимость, мы подсчитали приблизительное количество кадров, которое необходимо будет сделать для получения панорамной картины.
 Гирс_«Боинг-747»_01.09.1983_-23.jpg
-23-
Их оказалось 3500-4000. За одно погружение мы в лучшем случае могли сделать 300-350 кадров. Таким образом для полной съемки "массива" требовалось не менее 10 погружений, а с учетом погоды работа растягивалась месяца на полтора.
2 ноября в 5 часов утра началось погружение Сидоренко. Он видел только отдельные обломки самолета, но на "массив" ему выйти не удалось. "Михаил Мирчинк", стоя над "массивом" координаты для погружения почему-то дал в стороне. Может, они тоже не хотели делить "славу"?
Вообще, действия участников поиска были весьма загадочны. Несколько дней назад военные попросили подготовить итоговый отчет за месяц, последние фотографии на "массиве" и предложения по методике поиска и совершенствованию подводной техники. Материалы были быстро подготовлены, но больше ими никто не интересовался.
Ожидая в очередной раз благоприятной погоды, "Гидронавт" дрейфовал в Татарском проливе. 4-го ноября военные вдруг запросили, сколько нам надо воды и топлива для полной заправки, но не пояснили, для чего. То ли мы будем работать здесь до [хххххххххх] бесконечности, то ли нас отпустят. Ночью неожиданно "Михаил Мирчинк" со всеми попрощался и ушел из района. Нам по-прежнему не было никаких указаний. О своей дальнейшей судьбе запросили зам. командующего вице-адмирала Апполонова, но ответа не последовало.
Место "Михаила Мирчинка" занял "Комсомолец Камчатки". "Гидронавт" поставили "охранять" его правый борт, с левого борта находилось гидрографическое судно "Бриз". Тут же стоял "Михаил Козьмин" и иностранные военные корабли, из них 11 американских, которые при всем своем желании приблизиться к "массиву" не могли.
6 ноября утром пришло распоряжение погружаться на "массив" и делать покадровую съемку. Мы со Славой Поповым сделали семь галсов над подводным кладбищем. Встретились те же двигатели, колеса, одежда. Очень тяжело было видеть разломанные косметические наборы и большое количество разбитых очков. На этот раз встречались и человеческие останки, вернее, отдельные кости с остатками мяса. Целых трупов видно не было. Погружение длилось 5 часов и мы сделали около 300 снимков.
В этот же день во время торжественного собрания экипажа по поводу 7 ноября, вдруг пришла радиограмма от военных
 Гирс_«Боинг-747»_01.09.1983_-24.jpg
-24-
, что наша работа закончена, явившейся для нас приятной неожиданностью.
Вечером "Гидронавт" пришвартовался к БПК "Ташкент" и мы сдали все дополнительное оборудование и фотографии последнего погружения. К нам на борт пришел начальник штаба сил поиска капитан первого ранга Кравков, поблагодарил за хорошую работу и отпустил на все четыре стороны.
Наше участие в поиске закончилось. За 60 суток [хххх] работы нами было сделано 17 погружений, обследовано 1014500 м2 дна, пройдено под водой 37,5 миль, отработано под водой 81 час, сделано более 600 снимков. Более интенсивной работе постоянно мешана плохая погода, так из этих 60 суток лишь в 17 сутках волнение было до 3х баллов. Все эти дни мы и использовали для погружений. В остальное же время ветер достигал З0 м/с, а волнение моря до 7 баллов.
"Гидронавт" взял курс на Севастополь. Нам предстояло пройти мимо Японии, южной Кореи и Тайваня и мы очень беспокоились, как минуем эти страны, особенно Южную Корею, после своего участия в поиске самолета, когда "Гидронавт" был многократно зафиксирован. Но наши опасения оказались напрасными, на нас никто не обратил внимания. Но в Сингапуре в нескольких магазинах впервые очень вежливо отказались меня обслуживать, узнав, что я из Советского Союза.
Весь обратный путь в Севастополь я находился под впечатлением пережитого. По ночам часто снились страшные подводные картины. Я не мог думать ни о чем другом, мысленно возвращаясь к этой человеческой трагедии и анализируя увиденное. Один за другим возникали вопросы, ответить на которые я был не в состоянии. Было непонятно, почему самолет разлетелся на такие мелкие куски. Участвовавшие в поиске авиаторы - члены государственных комиссии но расследованию авиационных катастроф, говорили, что при падении самолета с такой высоты на землю его крупные части, имеющие большую прочность, не разрушаются, как, например, место соединения крыльев с фюзеляжем. Мы же, как я уже говорил, кусков обшивки с количеством иллюминаторов в одном куске более двух, не встречали. Если же предположить, что причиной разрушения самолета был его взрыв, то многие предметы и детали сохранили бы следы огня или дыма. Мы же таких пред-
 Гирс_«Боинг-747»_01.09.1983_-25.jpg
- 25 -
метов не наблюдали. Поэтому гипотезу о срабатывании находившегося якобы на борту взрывного устройства, [хххххххххххххххххххххххххххххххххх] вызвавшее такое разрушение, которая была высказана некоторыми военными, я считаю несостоятельной.
Вся виденная нами одежда, пальто, куртки, свитера на молниях и даже шорты, были застегнуты полностью, как бывают застегнуты надетые на человека вещи, но низких признаков останков людей в них, мы не видели. Откуда взялись эти вещи? Если они были на пассажирах, то куда делись все останки или хотя бы кости? Если верхняя одежда была повешена владельцами в гардероб, то вряд ли каждый застегивал ее на все пуговицы. Если вещи лежали в чемоданах, то мы ни одного чемодана не видели, что само по себе странно. Во что же были уложены вещи?
По сообщениям прессы в самолете находилось 269 человек. Однако количество останков, которое мы видели, не соответствовало такому количеству людей, но личных вещей, очков, ботинок, туфель, детских игрушек, книг, косметики, платков, шарфов было очень много. Куда делись люди? Многолетние подводные исследования, проводившиеся с помощью подводного аппарата "Тинро-2", были связаны с изучением промысловых и биологических объектов морских глубин, поэтому, мы прекрасно знали, что все, что попадает на дно, очень быстро съедается крабами, моллюсками и рыбами. Погружавшиеся при поиске опытные гидронавты-наблюдатели Попов и В. Бондарев, будучи профессиональными биологами, сразу обратили внимание на высокую, несколько необычную для этих мест концентрацию крабов и других донных организмов. Повидимому, они были привлечены в район аварией и продолжительные поиски самолета дали им достаточно времени для того, чтобы съесть все, что было можно. Но кости они не едят. Так куда же делись кости?
Главным же в разыгравшейся трагедии по-прежнему остается вопрос, что за самолет был сбит над Сахалином.
Все, увиденное мною под водой, дает мне основание считать, что это был обычный рейсовый пассажирский самолет.
По приходу в Севастополь капитану РПС "Гидронавт" Борису Михайловичу Бассу и мне, капитану подводного аппарата "Тинро-2" были вручены грамоты, подписанные Главнокомандующим Военно-Морским флотом адмиралом Горшковым "За успешное выполнение задания командования ВМФ СССР".
Аватара пользователя
ББК-10
 
Сообщения: 4790
Зарегистрирован: 05 Ноябрь 2014 17:53


Вернуться в Полярный флот Росcии/СССР



Кто сейчас на конференции

Сейчас этот форум просматривают: нет зарегистрированных пользователей и гости: 3

Керамическая плитка Нижний НовгородПластиковые ПВХ панели Нижний НовгородБиотуалеты Нижний НовгородМинеральные удобрения