1988: Лыжная экспедиция СССР—Северный полюс—Канада
![Сообщение Сообщение](./styles/prosilver/imageset/icon_post_target.gif)
(раритеты полярной филателии)
В. Бойко, член клуба, О. Чуткин, председатель клуба «Полярфил»
«Филателия СССР» 4/1989
СССР и Канада — соседи: их фасады, обращенные к полюсу, смотрят друг на друга. Над ними сияют одни и те же звезды — Большая Медведица и Полярная звезда, но их разделяет застывшая чаша Северного Ледовитого океана — огромная ледяная пустыня, суровая и неприступная. И еще ни один канадец не смог, перешагнув через нее, прийти в гости к русскому, а русский — навестить своего канадского соседа.
И вот нашлась горстка смельчаков, решивших наперекор стихии перекинуть мост дружбы и добрососедства через эту великую страну белого безмолвия. Замысел определил интернациональный состав экспедиции и способ ее осуществления — переход на лыжах, метод уже дважды опробованный группой Д. Шпаро под эгидой «Комсомольской правды». Так возникла идея совместной советско-канадской экспедиции по маршруту СССР — Северный полюс — Канада. Ей предшествовала генеральная репетиция, сначала на советской территории — в горах Тян-Шаня, а затем в Канаде, в районе Баффиновой земли, где в течение двадцати дней лыжники тренировались в условиях, максимально приближенных к тем, что ожидали их в предстоящем походе. Филателистам этот факт интересен тем, что имеются почтовые свидетельства тренировочного этапа — письма, отправленные с маршрута.
В экспедиции приняли участие 9 советских и 4 канадских спортсмена. Им предстояло проложить лыжню длиной в 1730 км от мыса Арктический на Северной Земле до мыса Колумбия на острове Элсмир, самого северного в Канадском арктическом архипелаге. Но это было расстояние по прямой, в действительности же они прошли 2000 км. Переход длился 91 день. В пути лыжники неоднократно штурмовали нагромождения торосов, обходили полыньи и трещины, боролись с ледяным встречным ветром, обжигавшим глаза и лица. О всех перипетиях этой беспримерной схватки человека с неумолимой арктической природой подробно сообщалось в печати и передавалось по радио и телевидению.
Остановимся на почтово-филателистическом аспекте этого события. В отличие от предыдущих лыжных переходов в высоких широтах материалы этой экспедиции богаты разнообразными почтовыми сувенирами, которые, без сомнения, по достоинству оценят коллекционеры. Если прежде все почтово-филателистические атрибуты появлялись после завершения путешествия, то теперь они отмечали основные этапы перехода в период его осуществления.
3 марта 1988 г. экспедиция перебазировалась с Диксона на Северную Землю, откуда и стартовала к полюсу. Почтовый груз лыжники, конечно, не несли в своих рюкзаках. Он перебрасывался по воздуху вместе с группой сопровождения, имевшей несколько баз по маршруту следования.
Советской стороной подготовлено и передано экспедиции около 1500 служебных конвертов «Комсомольской правды» стандартного для СССР размера, двух типов (с трафаретной сеткой для почтового индекса и без нее). На них была сделана надпечатка следующего содержания: «Трансарктическая лыжная экспедиция «СССР — Северный полюс — Канада». 1988 г. Московский филиал Географического общества СССР. Клуб «Полярфил». 103112, Москва, ул. 25 Октября, 8/1» (после завершения экспедиции эти конверты поступили по указанному в надпечатке адресу для рассылки по заявкам филателистов, собирающих полярную тематику).
Канадской стороной изготовлено 6000 специальных конвертов размером 112 х 190 мм, на лицевой стороне которых сделана надпись красными буквами «Советско-канадский трансполярный лыжный переход» и даны изображения государственных флагов СССР и Канады вместе с эмблемами организаций-спонсоров — «Спутника» и «Polar Bridge Expedition» (Эскпедиция «Полярный мост»).
По заранее достигнутой договоренности половину тиража канадских конвертов должны были передать через советских участников экспедиции после ее завершения в Московский клуб «Полярфил» для распространения среди наших коллекционеров. Но случилось так, что канадцы задержали эту часть тиража по причинам финансового порядка — расходы советской стороны превысили первоначально запланированные, так как вместо 7 наших лыжников в экспедиции приняли участие 9. Пока этот вопрос остается открытым, но будем надеяться, что долг будет погашен и советские филателисты смогут пополнить этим оригинальным полярным сувениром свои тематические коллекции.
Второй маршрут имеет три штемпеля, отражающих три основных этапа экспедиции: Диксон — Северный полюс — Канада. На Диксоне конверты гасились в день старта экспедиции — 3 марта 1988 года (год проставлен полностью), на полюсе — 26 или 27 апреля, в Канаде, в пункте Скарборо, расположенном в штате Онтарио, 15 июня. Эти конверты (их было 1000 штук) франкированы советской маркой номиналом 35 коп. из той же серии.
Конверты же канадского производства шли по одному маршруту — только в Канаду. В основной своей массе они имели следующие гашения: Диксон-1. Краснояр. 3.03.1988 — Северный полюс (дата указана выше) — Канада (спецштемпель с гравировкой «Canada Post. Postes Canada. Ellesmere island. NT. l.VI.88» Указанная дата говорит о том, что именно 1 июня экспедиция достигла Канады. В центре этого штемпеля изображены советский и канадский флаги и нанесена надпись «Polar Bridge Expedition». По сообщению А. Тенякшева, эти конверты гасились в пунктах Резольют, Икалюит и Юрика.
Уместно отметить одну любопытную деталь — все канадские конверты имеют двойную франкировку, что подчеркивает международный характер экспедиции. На канадские конверты клеились указанные выше советские марки номиналом 5 и 35 коп., а также марки почты Канады в 32 или 37 центов. На конвертах с 35-копеечной маркой СССР (около 2000 штук) двойная франкировка преследует чисто символическую цель, ибо франкировка канадской маркой избыточна, так как по правилам номинал советского знака почтовой оплаты уже обеспечивал выход за рубеж. На конвертах же с маркой в 5 коп. (4000 штук) двойная франкировка была вызвана необходимостью. Дело в том, что почтовый тариф на территории СССР — 5 коп., и потому марка указанного достоинства имела силу только до полюса, а далее по правилам Международного почтового союза конверты могли следовать только с франкировкой канадской почты, которая затем гасилась национальным штемпелем. На части советских и канадских конвертов можно встретить штамп «Доставлено на Северный полюс экспедицией СССР — Канада. Почтмейстер экспедиции А. Тенякшев». Иными словами, конверты, доставленные на полюс советским почтмейстером, передавались затем канадскому почтмейстеру (им был назначен член экспедиции Ричард Вебер) для дальнейшей их транспортировки уже по территории Канады.
Но почтово-филателистическая экипировка советских и канадских конвертов этим не ограничивалась: на них также ставились сопроводительные штемпеля оригинального рисунка (с надписями на Двух языках), подготовленные московским клубом «Полярфил» и экспедицией и предназначенные для начального, конечного и промежуточных пунктов: Диксона, Северной Земли, Северного полюса и острова Элсмир. (Воспроизводится полный набор этих штемпелей.)
Филателисты могут задать вопрос: какова судьба советского почтового штемпеля, использованного для гашения конвертов на Северном полюсе? Как свидетельствует письмо на имя начальника ДИЭЗПО Минсвязи СССР, подписанное заместителем главного редактора «Комсомольской правды» и начальником экспедиции, он затонул в самом конце мая в районе полюса вместе со снаряжением экспедиции во время разлома льда на СП-28. Среди филателистов — «полярников» он получил название «Утопленник-2», так как это уже был второй случай, когда штемпель, знаменующий собой достижение человеком наивысшей точки планеты, оказался на дне Северного Ледовитого океана. Напомним, что первым таким «утопленником» принято считать известный сопроводительный штемпель, изготовленный на атомоходе «Арктика» в 1977 г. и использовавшийся для гашения конвертов в день его выхода к Северному полюсу, а затем торжественно утопленный в полярных водах.
Министерство связи СССР отнеслось с должным вниманием к оформлению почтовой стороны экспедиции: кроме указанного спецштемпеля, в ознаменование этого исторического события в освоении Арктики оно выпустило маркированный конверт, карточку с оригинальной маркой, почтовую марку 35-копеечного достоинства и конверт к ней, которые гасились штемпелем первого дня. Открытка и конверт поступили в продажу в конце мая 1988 г. Однако в филателистическом обращении они имеются с более ранним оттиском спецштемпеля, а именно: 25.4.88 (момент достижения экспедицией Северного полюса). Второй оттиск спецштемпеля на этих филматериалах указывает на дату возвращения экспедиции в Москву — 17.06.88 г.
Такая ситуация требует ответа на три вопроса. Почему на спецштемпеле стоит число 25.04.88 г., если известно, что гашение на полюсе производилось 26—27. 04.88 г.? Как могло случиться, что карточка и конверт, поступившие в обращение в мае, были погашены спецштемпелем с апрельской датой? Каким образом объяснить появление на них оттиска с датой 17.06.88 г., если спецштемпель затонул еще в конце мая?
Более или менее определенный ответ можно дать только на первый. Почтмейстер экспедиции А. Тенякшев вылетел со спецштемпелем из Москвы на Диксон и далее на полюс 20.04.88 г. Таким образом, официальным началом его применения можно считать более раннюю дату, чем 26 — 27 апреля. Отсюда и предположение, что он мог использоваться и 25.04.88 г. Но факты этого не подтверждают. В чем же здесь дело? Оказывается, существовал еще один штемпель — дубликатный, который был изготовлен ДИЭЗПО взамен утраченного. Им гасились для продажи через сеть абонементного обслуживания филателистов маркированные конверты и открытка Министерства связи СССР. Все это осуществлялось некоторое время спустя после завершения экспедиции. Учитывая, что это гашение делалось не основным, а дубликатным штемпелем, правомочность такой операции не вызывает сомнений и значение полученных филматериалов не утрачивается. Что же касается дат на штемпелях, то они были призваны подчеркнуть две основные вехи экспедиции — достижение ее участниками полюса и прибытие советских лыжников в Москву.
Отличия двух штемпелей — основного и дубликатного — хорошо видны при сравнении. У основного флаг изображен почти горизонтально, у дубликатного с наклоном, третья слева вертикальная черточка левых сполохов северного сияния у штемпеля — «утопленника» короткая, а у дубликатного — длинная, у основного буквы верхней надписи — более высокие.
Большое значение придавали трансполярному лыжному переходу руководители СССР и Канады. Дважды его участников приветствовал Генеральный секретарь ЦК КПСС М. С. Горбачев. По достижении экспедицией полюса туда прибыли представители советской и канадской общественности для проведения акции мира. На ней было принято обращение к людям Земли, в котором говорится: «На СП сходятся земные меридианы... В этой точке нельзя не думать обо всей планете. Пусть эта замечательная точка объединяет людей, пусть на Земле процветает мир».
Большое международное значение экспедиции отмечается и на канадских конвертах, на обратной стороне которых напечатано: «Две арктические державы, Советский Союз и Канада, веками живущие в мире друг с другом, решили отметить свои добрососедские отношения совместным лыжным переходом... Этот переход сквозь громады ледяных торосов и бескрайние просторы снежных равнин начался в сумерках, в самый холодный период года и закончился три с половиной месяца спустя при свете дня над тающими полярными льдами.
На Северном полюсе участники героического лыжного перехода во время торжественной церемонии, посвященной дружбе между двумя странами, заявили о необходимости помогать друг другу в разумном освоении и использовании богатств арктических районов».
Отмечая огромный вклад экспедиции в дело изучения Арктики и развитие советско-канадских отношений, 9 января сего года председатель Совета Министров СССР Н. И. Рыжков вручил всем ее участникам во главе с Д. Шпаро высокие правительственные награды.
И вот нашлась горстка смельчаков, решивших наперекор стихии перекинуть мост дружбы и добрососедства через эту великую страну белого безмолвия. Замысел определил интернациональный состав экспедиции и способ ее осуществления — переход на лыжах, метод уже дважды опробованный группой Д. Шпаро под эгидой «Комсомольской правды». Так возникла идея совместной советско-канадской экспедиции по маршруту СССР — Северный полюс — Канада. Ей предшествовала генеральная репетиция, сначала на советской территории — в горах Тян-Шаня, а затем в Канаде, в районе Баффиновой земли, где в течение двадцати дней лыжники тренировались в условиях, максимально приближенных к тем, что ожидали их в предстоящем походе. Филателистам этот факт интересен тем, что имеются почтовые свидетельства тренировочного этапа — письма, отправленные с маршрута.
В экспедиции приняли участие 9 советских и 4 канадских спортсмена. Им предстояло проложить лыжню длиной в 1730 км от мыса Арктический на Северной Земле до мыса Колумбия на острове Элсмир, самого северного в Канадском арктическом архипелаге. Но это было расстояние по прямой, в действительности же они прошли 2000 км. Переход длился 91 день. В пути лыжники неоднократно штурмовали нагромождения торосов, обходили полыньи и трещины, боролись с ледяным встречным ветром, обжигавшим глаза и лица. О всех перипетиях этой беспримерной схватки человека с неумолимой арктической природой подробно сообщалось в печати и передавалось по радио и телевидению.
Остановимся на почтово-филателистическом аспекте этого события. В отличие от предыдущих лыжных переходов в высоких широтах материалы этой экспедиции богаты разнообразными почтовыми сувенирами, которые, без сомнения, по достоинству оценят коллекционеры. Если прежде все почтово-филателистические атрибуты появлялись после завершения путешествия, то теперь они отмечали основные этапы перехода в период его осуществления.
3 марта 1988 г. экспедиция перебазировалась с Диксона на Северную Землю, откуда и стартовала к полюсу. Почтовый груз лыжники, конечно, не несли в своих рюкзаках. Он перебрасывался по воздуху вместе с группой сопровождения, имевшей несколько баз по маршруту следования.
Советской стороной подготовлено и передано экспедиции около 1500 служебных конвертов «Комсомольской правды» стандартного для СССР размера, двух типов (с трафаретной сеткой для почтового индекса и без нее). На них была сделана надпечатка следующего содержания: «Трансарктическая лыжная экспедиция «СССР — Северный полюс — Канада». 1988 г. Московский филиал Географического общества СССР. Клуб «Полярфил». 103112, Москва, ул. 25 Октября, 8/1» (после завершения экспедиции эти конверты поступили по указанному в надпечатке адресу для рассылки по заявкам филателистов, собирающих полярную тематику).
Канадской стороной изготовлено 6000 специальных конвертов размером 112 х 190 мм, на лицевой стороне которых сделана надпись красными буквами «Советско-канадский трансполярный лыжный переход» и даны изображения государственных флагов СССР и Канады вместе с эмблемами организаций-спонсоров — «Спутника» и «Polar Bridge Expedition» (Эскпедиция «Полярный мост»).
По заранее достигнутой договоренности половину тиража канадских конвертов должны были передать через советских участников экспедиции после ее завершения в Московский клуб «Полярфил» для распространения среди наших коллекционеров. Но случилось так, что канадцы задержали эту часть тиража по причинам финансового порядка — расходы советской стороны превысили первоначально запланированные, так как вместо 7 наших лыжников в экспедиции приняли участие 9. Пока этот вопрос остается открытым, но будем надеяться, что долг будет погашен и советские филателисты смогут пополнить этим оригинальным полярным сувениром свои тематические коллекции.
Теперь о штемпелях и маршрутах прохождения почты. Известны два основных маршрута, по которым прошли конверты «Комсомольской правды». Остановимся на них подробней. Наивысшей точки планеты экспедиция достигла 25 апреля 1988 г. в 11 часов 20 минут московского времени. Сюда было доставлено 500 вышеупомянутых конвертов, гасившихся, по словам ответственного за почтовую связь А. Тенякшева, на Северном полюсе 26 и 27 апреля специальным штемпелем Министерства связи СССР с гравировкой «Совместная советско-канадская трансарктическая лыжная экспедиция. Северный полюс». Затем они были переброшены на Диксон и погашены штемпелем получения «Диксон-1 Краснояр. Аэропорт. 30 апреля 1988» (год проставлен полностью). На эти конверты клеилась марка пятикопеечного достоинства из серии «Белые медведи».
Второй маршрут имеет три штемпеля, отражающих три основных этапа экспедиции: Диксон — Северный полюс — Канада. На Диксоне конверты гасились в день старта экспедиции — 3 марта 1988 года (год проставлен полностью), на полюсе — 26 или 27 апреля, в Канаде, в пункте Скарборо, расположенном в штате Онтарио, 15 июня. Эти конверты (их было 1000 штук) франкированы советской маркой номиналом 35 коп. из той же серии.
Конверты же канадского производства шли по одному маршруту — только в Канаду. В основной своей массе они имели следующие гашения: Диксон-1. Краснояр. 3.03.1988 — Северный полюс (дата указана выше) — Канада (спецштемпель с гравировкой «Canada Post. Postes Canada. Ellesmere island. NT. l.VI.88» Указанная дата говорит о том, что именно 1 июня экспедиция достигла Канады. В центре этого штемпеля изображены советский и канадский флаги и нанесена надпись «Polar Bridge Expedition». По сообщению А. Тенякшева, эти конверты гасились в пунктах Резольют, Икалюит и Юрика.
Уместно отметить одну любопытную деталь — все канадские конверты имеют двойную франкировку, что подчеркивает международный характер экспедиции. На канадские конверты клеились указанные выше советские марки номиналом 5 и 35 коп., а также марки почты Канады в 32 или 37 центов. На конвертах с 35-копеечной маркой СССР (около 2000 штук) двойная франкировка преследует чисто символическую цель, ибо франкировка канадской маркой избыточна, так как по правилам номинал советского знака почтовой оплаты уже обеспечивал выход за рубеж. На конвертах же с маркой в 5 коп. (4000 штук) двойная франкировка была вызвана необходимостью. Дело в том, что почтовый тариф на территории СССР — 5 коп., и потому марка указанного достоинства имела силу только до полюса, а далее по правилам Международного почтового союза конверты могли следовать только с франкировкой канадской почты, которая затем гасилась национальным штемпелем. На части советских и канадских конвертов можно встретить штамп «Доставлено на Северный полюс экспедицией СССР — Канада. Почтмейстер экспедиции А. Тенякшев». Иными словами, конверты, доставленные на полюс советским почтмейстером, передавались затем канадскому почтмейстеру (им был назначен член экспедиции Ричард Вебер) для дальнейшей их транспортировки уже по территории Канады.
Но почтово-филателистическая экипировка советских и канадских конвертов этим не ограничивалась: на них также ставились сопроводительные штемпеля оригинального рисунка (с надписями на Двух языках), подготовленные московским клубом «Полярфил» и экспедицией и предназначенные для начального, конечного и промежуточных пунктов: Диксона, Северной Земли, Северного полюса и острова Элсмир. (Воспроизводится полный набор этих штемпелей.)
Филателисты могут задать вопрос: какова судьба советского почтового штемпеля, использованного для гашения конвертов на Северном полюсе? Как свидетельствует письмо на имя начальника ДИЭЗПО Минсвязи СССР, подписанное заместителем главного редактора «Комсомольской правды» и начальником экспедиции, он затонул в самом конце мая в районе полюса вместе со снаряжением экспедиции во время разлома льда на СП-28. Среди филателистов — «полярников» он получил название «Утопленник-2», так как это уже был второй случай, когда штемпель, знаменующий собой достижение человеком наивысшей точки планеты, оказался на дне Северного Ледовитого океана. Напомним, что первым таким «утопленником» принято считать известный сопроводительный штемпель, изготовленный на атомоходе «Арктика» в 1977 г. и использовавшийся для гашения конвертов в день его выхода к Северному полюсу, а затем торжественно утопленный в полярных водах.
Министерство связи СССР отнеслось с должным вниманием к оформлению почтовой стороны экспедиции: кроме указанного спецштемпеля, в ознаменование этого исторического события в освоении Арктики оно выпустило маркированный конверт, карточку с оригинальной маркой, почтовую марку 35-копеечного достоинства и конверт к ней, которые гасились штемпелем первого дня. Открытка и конверт поступили в продажу в конце мая 1988 г. Однако в филателистическом обращении они имеются с более ранним оттиском спецштемпеля, а именно: 25.4.88 (момент достижения экспедицией Северного полюса). Второй оттиск спецштемпеля на этих филматериалах указывает на дату возвращения экспедиции в Москву — 17.06.88 г.
Такая ситуация требует ответа на три вопроса. Почему на спецштемпеле стоит число 25.04.88 г., если известно, что гашение на полюсе производилось 26—27. 04.88 г.? Как могло случиться, что карточка и конверт, поступившие в обращение в мае, были погашены спецштемпелем с апрельской датой? Каким образом объяснить появление на них оттиска с датой 17.06.88 г., если спецштемпель затонул еще в конце мая?
Более или менее определенный ответ можно дать только на первый. Почтмейстер экспедиции А. Тенякшев вылетел со спецштемпелем из Москвы на Диксон и далее на полюс 20.04.88 г. Таким образом, официальным началом его применения можно считать более раннюю дату, чем 26 — 27 апреля. Отсюда и предположение, что он мог использоваться и 25.04.88 г. Но факты этого не подтверждают. В чем же здесь дело? Оказывается, существовал еще один штемпель — дубликатный, который был изготовлен ДИЭЗПО взамен утраченного. Им гасились для продажи через сеть абонементного обслуживания филателистов маркированные конверты и открытка Министерства связи СССР. Все это осуществлялось некоторое время спустя после завершения экспедиции. Учитывая, что это гашение делалось не основным, а дубликатным штемпелем, правомочность такой операции не вызывает сомнений и значение полученных филматериалов не утрачивается. Что же касается дат на штемпелях, то они были призваны подчеркнуть две основные вехи экспедиции — достижение ее участниками полюса и прибытие советских лыжников в Москву.
Отличия двух штемпелей — основного и дубликатного — хорошо видны при сравнении. У основного флаг изображен почти горизонтально, у дубликатного с наклоном, третья слева вертикальная черточка левых сполохов северного сияния у штемпеля — «утопленника» короткая, а у дубликатного — длинная, у основного буквы верхней надписи — более высокие.
Большое значение придавали трансполярному лыжному переходу руководители СССР и Канады. Дважды его участников приветствовал Генеральный секретарь ЦК КПСС М. С. Горбачев. По достижении экспедицией полюса туда прибыли представители советской и канадской общественности для проведения акции мира. На ней было принято обращение к людям Земли, в котором говорится: «На СП сходятся земные меридианы... В этой точке нельзя не думать обо всей планете. Пусть эта замечательная точка объединяет людей, пусть на Земле процветает мир».
Большое международное значение экспедиции отмечается и на канадских конвертах, на обратной стороне которых напечатано: «Две арктические державы, Советский Союз и Канада, веками живущие в мире друг с другом, решили отметить свои добрососедские отношения совместным лыжным переходом... Этот переход сквозь громады ледяных торосов и бескрайние просторы снежных равнин начался в сумерках, в самый холодный период года и закончился три с половиной месяца спустя при свете дня над тающими полярными льдами.
На Северном полюсе участники героического лыжного перехода во время торжественной церемонии, посвященной дружбе между двумя странами, заявили о необходимости помогать друг другу в разумном освоении и использовании богатств арктических районов».
Отмечая огромный вклад экспедиции в дело изучения Арктики и развитие советско-канадских отношений, 9 января сего года председатель Совета Министров СССР Н. И. Рыжков вручил всем ее участникам во главе с Д. Шпаро высокие правительственные награды.
КОММЕНТАРИЙ К СТАТЬЕ
Раритеты? Нет, самоделки!
Е. Сашенков, действительный член Географического общества СССР
«ФИЛАТЕЛИЯ СССР» ?/1989
Помещенная под рубрикой «Полярфил» статья В. Бойко и О. Чуткина «Рукопожатие через полюс» в 4-м номере журнала вызвала по меньшей мере недоумение.
Авторы преподнесли бурную почтовую деятельность советско-канадской лыжной экспедиции как акт особого значения и выразили уверенность, что разнообразные почтовые сувениры «без сомнения, по достоинству оценят коллекционеры». К сожалению, все, что написано далее об этих сувенирах, представляет собой, в Основном, рекламу изделий, инициаторами которых в большей мере явились... авторы статьи. Собственно, они и сами признают частный характер многих материалов. Так, мы читаем: «... сопроводительные штемпеля оригинального рисунка (с надписями на двух языках), подготовленные московским клубом «Полярфил» и экспедицией и предназначенные для начального, конечного и промежуточного пунктов». Добавим: штемпеля-самоделки.
Но это не все. В. Бойко и О. Чуткий уверяют читателей в исключительности «разнообразных почтовых сувениров». Цитирую слова, выделенные ими в тексте: «... Они отмечали основные этапы перехода в период его осуществления». Но позвольте!... Филателистам хорошо известны почтовые материалы состоявшейся всего лишь два года назад полярной экспедиции газеты «Советская Россия». Она стартовала в арктическом поселке Амдерма на берегу Карского моря и прошла вдоль гор Урала, имея при себе специальный почтовый штемпель Министерства связи СССР и штамп регистрации заказных писем с надписью «Передвижное отделение связи». Вот тогда-то и родилась первая в СССР маршрутная экспедиционная почта! Писал об этом и журнал «Филателия СССР».
Советско-канадской лыжной экспедиции Министерство связи посвятило маркированный конверт и почтовую карточку с оригинальной маркой. Однако выпущены они с опозданием. А вот гашения на них почему-то имеют дату достижения полюса. Кто пошел на подделку, изготовив заведомо фальшивый сувенир?
Кстати, филателистическая продукция экспедиции оформлялась сплошь и рядом с досадными ошибками, и об этом авторам статьи следовало бы сказать без обиняков. Например, так называемая двойная франкировка (наклеивание на конверт одновременно советской и канадской марки) не имеет ничего общего с истинным почтовым обращением. Рассуждения же авторов о правилах Всемирного почтового союза в данном случае неуместны. Кстати, экземпляры, действительно побывавшие в почтовом обращении, мало кому известны. Не видим мы их и среди иллюстраций, приводимых авторами.
И последнее — упрек редакции. У статьи есть подзаголовок «Раритеты полярной филателии». Эти слова сопровождают и фотографии конвертов. Сопровождают, увы, не по праву. Во всех словарях немецкое слово «раритет» истолковывается как редкая, ценная вещь, дико-винка... В филателистическом обиходе оно применяется лишь к действительно редчайшим экземплярам. Квалифицируя же рядовой материал как редкость, этим названием мы вводим филателистов в заблуждение... Многие знают, однако, что данные «раритеты» на протяжении долгих месяцев продавались в любом количестве на встречах московского клуба «Полярфил». Ажиотажа не было. Зачем же его искусственно подогревать?
Авторы преподнесли бурную почтовую деятельность советско-канадской лыжной экспедиции как акт особого значения и выразили уверенность, что разнообразные почтовые сувениры «без сомнения, по достоинству оценят коллекционеры». К сожалению, все, что написано далее об этих сувенирах, представляет собой, в Основном, рекламу изделий, инициаторами которых в большей мере явились... авторы статьи. Собственно, они и сами признают частный характер многих материалов. Так, мы читаем: «... сопроводительные штемпеля оригинального рисунка (с надписями на двух языках), подготовленные московским клубом «Полярфил» и экспедицией и предназначенные для начального, конечного и промежуточного пунктов». Добавим: штемпеля-самоделки.
Но это не все. В. Бойко и О. Чуткий уверяют читателей в исключительности «разнообразных почтовых сувениров». Цитирую слова, выделенные ими в тексте: «... Они отмечали основные этапы перехода в период его осуществления». Но позвольте!... Филателистам хорошо известны почтовые материалы состоявшейся всего лишь два года назад полярной экспедиции газеты «Советская Россия». Она стартовала в арктическом поселке Амдерма на берегу Карского моря и прошла вдоль гор Урала, имея при себе специальный почтовый штемпель Министерства связи СССР и штамп регистрации заказных писем с надписью «Передвижное отделение связи». Вот тогда-то и родилась первая в СССР маршрутная экспедиционная почта! Писал об этом и журнал «Филателия СССР».
Советско-канадской лыжной экспедиции Министерство связи посвятило маркированный конверт и почтовую карточку с оригинальной маркой. Однако выпущены они с опозданием. А вот гашения на них почему-то имеют дату достижения полюса. Кто пошел на подделку, изготовив заведомо фальшивый сувенир?
Кстати, филателистическая продукция экспедиции оформлялась сплошь и рядом с досадными ошибками, и об этом авторам статьи следовало бы сказать без обиняков. Например, так называемая двойная франкировка (наклеивание на конверт одновременно советской и канадской марки) не имеет ничего общего с истинным почтовым обращением. Рассуждения же авторов о правилах Всемирного почтового союза в данном случае неуместны. Кстати, экземпляры, действительно побывавшие в почтовом обращении, мало кому известны. Не видим мы их и среди иллюстраций, приводимых авторами.
И последнее — упрек редакции. У статьи есть подзаголовок «Раритеты полярной филателии». Эти слова сопровождают и фотографии конвертов. Сопровождают, увы, не по праву. Во всех словарях немецкое слово «раритет» истолковывается как редкая, ценная вещь, дико-винка... В филателистическом обиходе оно применяется лишь к действительно редчайшим экземплярам. Квалифицируя же рядовой материал как редкость, этим названием мы вводим филателистов в заблуждение... Многие знают, однако, что данные «раритеты» на протяжении долгих месяцев продавались в любом количестве на встречах московского клуба «Полярфил». Ажиотажа не было. Зачем же его искусственно подогревать?