"Зверобой"/"Браганца", зверобойная шхуна

От ладьи и коча до атомохода.
Изображение
31 июля 2012 года исключен из Регистровой книги судов и готовится к утилизации атомный ледокол «Арктика».
Стоимость проекта уничтожения "Арктики" оценивается почти в два миллиарда рублей.
Мы выступаем с немыслимой для любого бюрократа идеей:
потратить эти деньги не на распиливание «Арктики», а на её сохранение в качестве музея.

Мы собираем подписи тех, кто знает «Арктику» и гордится ею.
Мы собираем голоса тех, кто не знает «Арктику», но хочет на ней побывать.
Мы собираем Ваши голоса:
http://arktika.polarpost.ru

Изображение Livejournal
Изображение Twitter
Изображение Facebook
Изображение группа "В контакте"
Изображение "Одноклассники"

"Зверобой"/"Браганца", зверобойная шхуна

Сообщение [ Леспромхоз ] » 03 Декабрь 2013 19:35

Советская Сибирь, 1929, № 060 15 марта

 №60 Новая шхуна Коссеверопути.jpg
НОВАЯ ШХУНА КОМСЕВЕРОПУТИ

В Мурманск, из Тромсе (Норвегия) пришла шхуна «Браганца», приобретенная акционерным обществом "Комсеверопуть" для зверобойного промысла в сибирских северных водах.
***
В «Комсеверопути» нашему сотруднику сообщили:
Шхуну привел русский капитан тов. Бурке. Иностранная команда возвратилась в Норвегию, а для шхуны формируется русская команда из опытных зверобоев. Через неделю, после оформлении покупки «Браганца», переименованная в «Зверобой», уйдет на охоту за гренландским тюленем. Летом шхуна уйдет к берегам Новой Земли и в Карское море.
Шхуна «Зверобоя» заменит потерпевший аварию корабль «Проф. Житков», который, судя по последним сведениям, для дальнейшей эксплуатации не годится.
«Зверобой» («Браганца») выстроен в 1918 году в Норвегии специально для полярных рейсов, имеет дубовый ледовый пояс. В прошлом году «Браганца» участвовала в поисках Нобиле и его спутников. В августе «Зверобой» проберется к «Житкову» и возьмет на борт экипаж этого судна.
Аватара пользователя
[ Леспромхоз ]
Редактор
Редактор
 
Сообщения: 11087
Зарегистрирован: 02 Июль 2007 00:17
Откуда: Петрозаводск

"Зверобой"/"Браганца", зверобойная шхуна

Сообщение [ Леспромхоз ] » 03 Декабрь 2013 19:47

Макс Зингер. Штурм Севера.
ГИХЛ М.,-Л., 1932

Прощай, «Зверуха»!

Сто девяносто лет назад, в 1740 году, этим берегом Таймыра по припаю прошли участники Великой северной экспедиции. Они открыли на севере острова, носящие имена храбрых мореходов.
Сюда не заходили ненцы, и не оставлял черного облачка у этих берегов пароход.
Давным-давно какие-то никому неизвестные промышленники зашли сюда промышлять зверя и рыбу. Не было богаче района в Карском море, чем Пясинский залив и прилегавшие к нему безвестные архипелаги. Суровая стихия изгнала отсюда смельчаков или сгноила их в цынге, и теперь только названия мест говорили о прежней жизни.
«Развалины зимовья—две избы», «Развалины зимовья—одна изба», «Развалины зимовья—Моржево»—пестрели опознавательные знаки на морской карте. Но карта была неверна. «Белуха» давно уже шла по тому месту, где по карте выходил каменистый берег. Да и от зимовьев не сохранилось и воспоминаний. В штурманской рубке «Белухи» лежала карта северо-восточной части Карского моря от острова Вилькицкого до мыса Михайлова.
Сто девяносто лет назад ее создавала Великая северная экспедиция да в начале нашего столетия ее местами исправляла экспедиция погибшего Толля. Редакторы карты рекомендовали обращать внимание на льдины, сидящие на мели и предостерегающие об опасности. Никто и никогда не мерил здесь глубин.
Обведенный пунктиром остров Моржево на самом деле находился значительно северо-западнее показания карты. Неправильно показывала карта и Расторгуев остров, который состоял фактически из двух островов, разделенных проливом.
«Белуха» прокладывала курс прямо на берег.
В прошлом году «Зверобой» прошел здесь впервые, не встретив льда, основал здесь зимовье, оставил девять человек, продовольствие и верных друзей человека—сибирских собак.
Назойливый гость, постоялец севера — туман то набегал, то хлопьями повисал в воздухе, замазывая горизонт. «Белуха» шла ощупью, малым ходом, делая не более двух узлов в час, и с носа корабля матрос то-и-дело забрасывал лот, промеряя глубины неизведанного моря.
Тюлень в изобилии выставал возле «Белухи», поворачивал свою острую усатую морду к кораблю, прислушиваясь к незнакомому стуку нефтяного мотора. С корабля свистели иногда зверям, и каждый раз на свист из воды выставал любопытный тюлень и поворачивал к людям свою лоснящуюся голову.
 Собака-волк Дамка — любимица экипажа Зверобоя.jpg
По острову Моржево, словно бездомные собаки, бегали песцы. Они перешли сюда еще зимой по льду через пролив и теперь летовали на острове.
Открылись скалистые берега. «Белуха» входила в Пясинский залив.
С мостика шхуны видны были два теплохода, которые пришли этим суровым морем из Данцига, чтоб усилить тоннаж речных судов Енисея. Теперь они неожиданно выступали в роли спасителей.
Навстречу «Белухе» по сильной волне шел буторинский моторный бот «Диксон». Когда бот поровнялся со шхуной, с него крикнули в рупор:
— В заливе банки! Параллельно берегу идет риф! Следуйте за нами!
Маленький бот «Диксон» дал ход, а вслед за ним, осторожно, все еще забрасывая лот, пошла «Белуха».
За несколько дней, которые прошли с момента аварии «Зверобоя», буторинский бот исходил весь залив, измерил глубины и теперь был нашим лоцманом.
— Вон, вон за буксиром я вижу мачты «Зверухи». Она свалилась, бедняжка. Что сделали с кораблем!—сетовал штурман Розин.
— И нам такой же конец будет. Воткнемся носом в берег, тут иначе не поплаваешь, — безмятежно пророчествовал радист «Белухи».
 Красноярский рабочий.jpg
 Люди покинули Зверобой.jpg
Возле «Зверобоя» борт-о-борт стоял теплоход «Красноярский рабочий». Мощными насосами он высасывал из «Зверобоя» воду, чтобы дать ему возможность подняться, привстать, вспомнить свою былую силу.
Мы перескочили с теплохода на «Зверобой» и, держась за его поручни, чтоб не сорваться по покатой палубе в море, прошли засматривая в открытые двери кают. В некоторых из них еще были открыты иллюминаторы (люди недавно еще проветривали помещение), висели пиджаки и в деревянных ободках по стенам кают, чтобы не разбились во время качки, были поставлены графины с пресной водой, в открытом умывальнике лежал кусок туалетного мыла, а на полу валялась зубная щетка. Никто из экипажа корабля не верил, что после девятичасовых попыток спастись «Зверобой», скрипнув мачтами, свалится на борт.
— Бедная ты моя «Зверуха», свалилась, и я ничем не могу помочь тебе! — и на глазах капитана, ходившего во льды и туманы Арктики, видевшего жестокие штормы, на глазах Бурке я увидел слезы.
Эти безмолвные слезы были тяжелей рыданий. Горе комом подступало к горлу.
— Прощай, «Зверуха», мы плавали с тобой хорошо!—сказал Бурке в сторону «Зверобоя», когда с бешеной скоростью, ныряя по волнам, мы возвращались на моторе к «Белухе», разбрызгивая и пеня соленые воды.
Капитан Бурке купил в Норвегии этот пароход. Кораблю не были страшны ледовые сжатия. Образования корпуса «Зверобоя» были сооружены но типу нансеновского «Фрама», и в случае сильного напора льдов судно выжималось на лед. «Зверобой» развозил зимовки промышленников и снабжал их продовольствием.
Неизвестная человеку река Пясина привлекала к себе внимание полярников своим рыбным богатством, о котором можно было судить по количеству планктона в устье этой реки. Но никто не знал, где вход с моря в Пясину — эту водную дорогу к платиновым и угольным месторождениям Норилья.
«Зверобою» было поручено впервые войти в устье неисследованной реки, сделать промеры ее дна, описать берега, найти фарватер, определить ее судоходность. На Пясине предполагалось поставить консервный завод и экспортировать его продукцию через Карское море.
Бот «Диксон», сооруженный на Енисее промышленником Буториным, сопровождал «Зверобоя» от острова Диксона до самой Пясины.
Бот имел небольшую осадку, и ему легче было ходить по неизведанному устью Пясины искать фарватер — вход в реку с моря. Но рукава реки были настолько мелки, что сам бот «Диксон» однажды сел на мель. В трех милях от берега нередко попадались уже трехсаженные глубины, которые словно ловушки стерегли незваных гостей.
«Зверобой», сделав несколько промеров, стал у островов и на две сеточки за четыре часа наловил много гольца, омуля, нельмы, максуна, сига, кумуса и сельди. Не раз под самым бортом корабля выставали нерпы. На одном из островов паслось крупное стадо непуганных диких оленей.
Не нашел «Зверобой» фарватера Пясины и решил вернуться к зимовью Громадского.
Пароход шел недалеко от берега, глубины позволяли итти таким курсом. Дул свежий ветер нордостовой четверти. Вдруг что-то толкнуло пароход несколько раз. Удары повторились.
«Зверобой» вылетел на камни, притаившиеся под водой.
На мостике не было капитана. За несколько минут до аварии он спустился вниз, в кают-компанию, передав вахту старшему штурману.
«Зверуха» в опасности! «Зверуха» села на камни!
— Спускай фансботы! — скомандовал капитан, выбежав на верхний мостик. — Обмерить кругом глубину!
Два фансбота, ныряя в волнах разбушевавшегося залива, Стали заводить адмиралтейский якорь в море от берега,
подальше, чтобы затем подтянуться к якорю, сняться с мели. Второй штурман Седунов едва не свалился за борт вместе с якорем, так волна била фансботы.
Закинули якорь. Но грунт залива был покрыт отточенной полированной галькой. Якорь не держал, брел, дрейфовал, как говорили моряки.
Тогда привязали второй стальной трос к якорю и при помощи бота «Диксон» вновь завезли подальше якорь и стали подтягиваться на лебедке. Одновременно всеми силами работала паровая машина, но ее заклинило как раз в тот момент, когда якорь стал уже цеплять местами грунт.
Между тем сильной волной «Зверобоя» поднимало и било о камни. Башмак, в который упирается руль, обломало и винт не мог уже, как прежде, свободно поворачиваться, не мог гнать пароход вперед.
 Так Пясина отомстила.jpg
Винту мешала изогнутая рулевая рама.
Волнами перебросило «Зверобоя» на трехсаженную глубину. В течение нескольких минут раненый «Зверобой» имел еще под собой небольшой запас воды. Но сильный ветер подымал пароход на волну и ронял его с грохотом на камни. Глубокая шестнадцатифутовая осадка «Зверобоя» была роковой в этом заливе, куда никогда не заходили корабли.
Ветром повернуло пароход. Разборный дом, принайтовленный к палубе, сбросили в море, чтобы облегчить стонущее, скрипящее судно. Но люди не могли помочь кораблю. «Зверобой» дал течь. Ветер продолжал бить его о каменный грунт зали:ва, увеличивая пробоины в корме. Это были крепкие удары. «Зверобой» содрогался от каждого из них, море било лежачего. Все водоотливные средства работали полным ходом, но соленая вода прибывала быстрее, чем успевали машины выбрасывать ее из корабля.
Расклепали якорные канаты и, привязав к ним деревянные буйки, чтобы заметно было, где лягут канаты, бросили их за борт.
«Зверобоя» выкинуло почти к самому берегу, таща по камням бессильного, беспомощного, разбитого.
Люди на шлюпках покинули судно, которое привело их сюда на дальний север, не желавший раскрывать своих тайн.
Так река Пясина отомстила человеку за его попытку узнать ее фарватер и богатства.
При первой попытке разузнать о Пясине погибла два года назад шхуна «Житков».
Пясина не дала обуздать себя сразу, но Пясина будет обуздана советскими моряками.
Аватара пользователя
[ Леспромхоз ]
Редактор
Редактор
 
Сообщения: 11087
Зарегистрирован: 02 Июль 2007 00:17
Откуда: Петрозаводск

"Зверобой"/"Браганца", зверобойная шхуна

Сообщение [ Леспромхоз ] » 03 Декабрь 2013 20:06

Копия сообщения: http://polarpost.ru/forum/viewtopic.php ... 757#p38022

С. В. Попов. Автографы на картах
Открывая собственными бортами

Летом 1928 года в бухте Полынья в Енисейском заливе штормом выбросило на берег шхуну «Профессор Житков». Во время зимовки капитан Каминский обморозил руки и был вывезен на оленях. Гидрограф Ю. М. Петранди, принявший командование, в навигацию вынужден был разоружить судно ввиду невозможности спасти его. А на следующий год бот «Зверобой» под командованием Петранди выскочил на необследованную отмель в Пясинском заливе и затонул. Экипаж снова удалось спасти. А отмель с тех пор называется мысом Зверобой. Впрочем, это не единственный автограф многострадального судна на карте. В проливе Карские Ворота есть банка Зверобой, открытая им собственным бортом еще в 1929 году, а в шхерах Минина - острова Зверобой, названные экспедицией В. И. Воробьева в 1930 году.

 Зверобой.jpg

Фото из ЖЖ sibir79
http://sibir79.livejournal.com/124071.h ... ad=1155751
Аватара пользователя
[ Леспромхоз ]
Редактор
Редактор
 
Сообщения: 11087
Зарегистрирован: 02 Июль 2007 00:17
Откуда: Петрозаводск

"Зверобой"/"Браганца", зверобойная шхуна

Сообщение [ Леспромхоз ] » 03 Декабрь 2013 20:08

Масленников Б. Г. Морская карта рассказывает / Под ред. Н. И. Смирнова. — 2-е изд., перераб. и доп. — М.: Воениздат, 1986. — 368 с., ил.

 S-45,46. Берег Харитона Лаптева мыс Зверобой.jpg
 S-45-13-14 ЗВЕРОБОЙ.jpg

ЗВЕРОБОЙ, б-ка, Карское море, Нов. Земля. Открыта э/с «Зверобой». Названа в честь открывшего ее судна.
ЗВЕРОБОЙ, м., Карское море, Пясинский зал. Назван в честь промыслово-эксп. шх. «Зверобой», погибшей в 1930 г. на подв. камнях вблизи этого м.
ЗВЕРОБОЙ, о., Карское море, Пясинский зал. Обследован в 1933—34 гг. Назван в честь шх. «Зверобой».
ЗВЕРОБОЙ, о-ва, Карское море, Пясинский зал. Обследованы в 1933—34 гг. Названы по о. Зверобой (в честь шх. «Зверобой»).
Аватара пользователя
[ Леспромхоз ]
Редактор
Редактор
 
Сообщения: 11087
Зарегистрирован: 02 Июль 2007 00:17
Откуда: Петрозаводск

ПЛАВАНИЕ ЭКСПЕДИЦИОННОГО СУДНА «ЗВЕРОБОЙ» В КАРСКОМ МОРЕ

Сообщение [ Леспромхоз ] » 04 Декабрь 2013 09:47

Летопись Севера. Том 7

ПЛАВАНИЕ ЭКСПЕДИЦИОННОГО СУДНА «ЗВЕРОБОЙ» В КАРСКОМ МОРЕ В 1929 г.
Л. К. Шар-Баронов

В 1929 г. Северо-Сибирское государственное акционерное общество промышленности и торговли «Комсеверопуть» для организации морских зверобойных промыслов купило в Норвегии промысловое судно «Браганца» — типичный норвежский зверобойный бот водоизмещением около 800 т с паровой машиной тройного расширения мощностью 270 л. с.
В 1928 г. «Браганца» под командованием Н. Свендсена, бывшего много лет ее капитаном, принимала участие в поисках экипажа дирижабля «Италия», потерпевшего аварию севернее Шпицбергена.
Судно прибыло в Архангельск уже под советским флагом под названием «Зверобой». Командовал им советский капитан Артур Карлович Бурке.
В летнюю навигацию 1929 г. команда «Зверобоя» получила задание провести экспериментальный лов белухи в восточной части Карского моря, попутно завезти снабжение в некоторые пункты Баренцева и Карского морей и создать первую промысловую зимовку на о. Шокальского.
Так как из работников «Комсеверопути» не нашлось специалиста, имевшего достаточный опыт в промысле белухи, в качестве инструктора на судно был приглашен опытный специалист по этому виду промысла, бывший капитан «Браганцы», норвежец Свендсен, которому тогда было далеко за 60 лет.
По тому времени судну предстояло весьма заманчивое плавание в Арктику, поскольку Карское море, особенно его северо-восточная часть, было мало изучено и само плавание представляло большой интерес с точки зрения гидрографии, гидрологии, метеорологии, ледовой обстановки.
Неожиданно мне, тогда второму штурману одного из судов «Совторгфлота», посчастливилось. По рекомендации некоторых капитанов, Бурке предложил мне должность старшего штурмана. Без колебаний я дал свое согласие и после соответствующего оформления был переведен в систему «Комсеверопути» на экспедиционное судно «Зверобой» в качестве старшего штурмана. Это было в августе 1929 г.
[50]
 Рис- - 0001.jpg
Постройка зимовья на о. Шокальского в 1929 г.
Судно стояло у причала в Соломбале, где заканчивалось его переоборудование и грузилось снабжение.
Нам предстояло следовать из Архангельска в Белушью губу на Новой Земле, оставить там часть груза, а потом через Карские Ворота идти на о. Шокальского, где нужно было выстроить избу для трех промышленников и выгрузить им годовое снабжение. Основной целью их зимовки был песцовый промысел. От о. Шокальского судно должно было следовать на о. Диксон и выгрузить запчасти для базировавшегося там гидросамолета Б. Г. Чухновского, а после этого идти на восток Карского моря вдоль берега Харитона Лаптева и, найдя подходящее место, приступить к промыслу белухи.
В первых числах сентября «Зверобой» вышел в рейс, имея на борту 23 человека экипажа и 18 пассажиров.
Прошло много лет, фамилии моих тогдашних соплавателей забылись, помню только, что вторым штурманом был Седунов Михаил Гаврилович, третьим механиком Шаулин Артемий Васильевич, радистом Палисадов Иван Андреевич, старшиной артели промышленников, состоящей из 12 человек, был Буторин Михаил Ильич.
В середине сентября «Зверобой» благополучно прибыл в Белушью губу. Закончив выгрузку, на следующий день последовал к Карским Воротам вдоль юго-западных берегов Новой Земли. Погода была преимущественно пасмурной, что затрудняло вести надежное счисление пути. В небольшие промежут-
[51]
 Рис- - 0002.jpg
Аварийное депо в заливе Миддендорфа, оставленное э/с. «Зверобой» в 1929 г.
ки, когда видимость улучшилась, удавалось получить обсервации по пеленгам мысов и мелких островов.
При подходе к Карским Воротам видимость ухудшилась до 1—2 кабельтовых. Во избежание столкновения со льдом ход сбавили до самого малого, периодически измеряя глубины ручным лотом.
При входе в пролив Карские Ворота судно неожиданно коснулось грунта и вскоре остановилось. Попытки сойти с препятствия задним ходом ни к чему не привели. Проверив прокладку, капитан Бурке предположил, что судно село на юго-восточную оконечность банки Прокофьева, хотя курс на карте был проложен значительно юго-восточнее ее. Получить обсервованное место было невозможно из-за густого тумана. После полудня туман рассеялся и показались южные берега Новой Земли, но из-за большого расстояния до них и малой точности карты уверенно определить место посадки не удалось, однако все комбинации пеленгов ложились юго-восточнее банки Прокофьева. Поэтому сделали вывод, что судно село на неизвестную банку или же юго-восточная оконечность банки Прокофьева в действительности тянется на юго-восток значительно дальше, чем это было показано на карте. К вечеру того же дня с приливом судно снялось с банки и вышло на глубокую воду. Осмотрели корпус, винт и руль, никаких повреждений не нашли.
В Карском море вскоре встретили крупнобитый лед и обломки полей 7—8 балов. Не имея никаких данных о ледовой
[52]
обстановке юго-западной части Карского моря, при плавании руководствовались видимыми признаками ледовых условий, водяным «небом», направлением ветра, характером льда и т. д.
Примерно на меридиане устья р. Кары вышли на разреженный лед и стали уклоняться к северу. Лед почти не встречался и судно благополучно прибыло к западному берегу о. Шокальского.
Силами экипажа и промышленников выгрузили и построили дом для трех зимовщиков, снабдили их всем необходимым для промысла песца, после чего снялись с якоря и последовали на о. Диксон.
Подходили к о. Диксон в густом тумане, ориентируясь счислением и глубинами. Близость берега определили по ясно выраженному сулою недалеко от о. Большого Медвежьего. Такими признаками близости берега руководствовались многие судоводители тех времен. С осторожностью, малым ходом, с вытравленной якорной цепью и постоянным промером ручным лотом вошли с юга в бухту Диксон. Здесь выгрузили груз для самолета. Неожиданно получили указание руководства «Комсеверопути» принять груз для рыболовецкой артели, возглавляемой Громадским Зеноном Зеноновичем. Следовало подойти как можно ближе к устью р. Пясины, высадить на материковый берег Громадского и выгрузить его груз (дом и снабжение на зиму).
Окончив погрузку, решили выйти из бухты не через южный пролив Вега, которым пользовались все суда, а попытаться пройти северным проливом Превен, считавшимся непроходимым из-за малых глубин, показанных в проливе на картах того времени. Для предосторожности спустили шлюпку, на которой я с двумя гребцами пошел по оси пролива, набрасывая лот, а судно следовало строго в кильватер за шлюпкой, также измеряя глубины с обоих бортов. На шлюпке и на судне ручные лоты вытравливались только до 8 м, так как нашей целью было не промер глубин пролива, а безопасное проведение экспедиционного судна «Зверобой». Благополучно пройдя пролив, мы стали склоняться к северо-западу, оставляя северо-восточные острова к востоку.
Таким образом, в 1929 г. пролив Превен был впервые после плавания Норденшельда в 1875 г. пройден экспедиционным судном «Зверобой». С тех пор суда ходят этим проливом, который в настоящее время тщательно изучен гидрографами и стал основной транзитной дорогой для судов, посещающих порт Диксон. Плавание через пролив сокращает путь при следовании судов с Диксона на восток и обратно на 15 миль. Плавание судов к устью р. Пясина в то время было не легким. Пясинский залив недостаточно был освещен гидрографически и лоция этого района отсутствовала.
[53]
 Рис- - 0003.jpg
Капитан Бурке, ст. штурман Шар-Баронов и промышленник Журавлев на о. Шокальского
Береговая линия материка и остров на картах {1} показывались в основном пунктиром. Полное отсутствие каких-либо ориентиров на берегу при его чрезвычайном однообразии и отсутствие на карте глубин делали плавание весьма сложным.
На всем пути к Пясине ориентировались по о-вам Каменным, остававшимся к северу от курса, но и они были положены на карту приближенно. Все это затрудняло вести счисление и обсервации. Весь рейс мы беспрерывно измеряли глубины, иногда с двух бортов одновременно.
В Пясинском заливе, восточнее о. Моржово, глубины стали быстро уменьшаться, поэтому склонились на юго-восток в нынешнюю бухту Макарова в поисках удобной якорной стоянки для выгрузки имущества артели 3. 3. Громадского. Место выбрали на северо-восточном берегу бухты, но его определить астрономически не представлялось возможным из-за сплошной облачности. Это место известно как зимовье Громадского.
Погода в период этого плавания была хотя и пасмурной, но довольно тихой и выгрузке не мешала.
По окончании выгрузки пошли на основное задание на северо-восток Карского моря. Из-за чрезвычайно неточной карты
{1} На восточную часть Карского моря от о. Диксон до пролива Вилькицкого в то время имелось всего две карты, составленные в 1906—1908 гг. в основном по работам Русской полярной экспедиции на яхте «Заря». Район же Пясинского залива показывался на этих картах по съемкам в 1740 г. штурманов Второй Камчатской экспедиции Ф. А. Минина и Д. А. Стерлегова. — Прим. В. А. Троицкого.
[54]
 Рис- - 0004.jpg
Плавание экспедиционного судна «Зверобой» в 1929 г.
следовать прямо между виднеющимися островами не рискнули, а сначала вышли обратным курсом на запад, оставив острова Каменные (визуально казавшиеся одним островом) к востоку, и только тогда стали склоняться на северо-восток, измеряя глубины ручным лотом через каждые 20 минут. Остерегаясь подводных опасностей в районе шхер Минина, приближаться к берегу не рисковали и все острова оставляли К югу.
Ледовые условия благоприятствовали плаванию, однако сплошная облачность, а порой и туманы лишали возможности получить надежную астрономическую обсервацию. Видимость была преимущественно 1—3 мили, что препятствовало наблюдению за берегом и островами. Следует сказать, что экспедиционное судно «Зверобой» было первым советским судном, отправившимся к северо-востоку от о-вов Каменных. Последний раз здесь плавали только гидрографические суда «Таймыр» и «Вайгач» в 1915 г.
Вскоре глубины неожиданно стали уменьшаться. Наименьшие глубины были 8—10 м. Так было открыто мелководье, позже получившее название «банка Ермака». Выйдя к юго-востоку на глубины более 15 м, последовали на восток к заливу Миддендорфа, где наметили развернуть промысел белухи.
[55]
Подойдя к северному входу в залив Миддендорфа, из-за резкого падения и перепадов глубин мы были вынуждены стать на якорь к юго-западу от п-ва Зуева в расстоянии около одной мили от берега. На юго-западном мысе полуострова виднелся небольшой столб. Спустив шлюпку, выехали на берег для его осмотра. Столб оказался деревянным, высотой около 2,5 м, уже сильно подгнившим. На столбе было вырезано ножом: «1900 г. Э. В. Толль». У подножия столба ничего не оказалось {1}.
Неожиданно кто-то заметил медведя, но никто не взял с собой оружия, решили вернуться на судно. Вскоре на берег выехали промышленники с винтовками и, обнаружив медведя, пристрелили его, пополнив наши запасы свежим мясом.
К сожалению, белухи в этом районе не было. Выставлять громоздкие сети на белух в районе залива по совету инструктора Свендсена не стали, так как время было уже позднее (конец сентября). Опасение очутиться в ледовой ловушке в отдаленном районе заставило нас повернуть обратно на запад.
Прежде чем оставить полуостров, на берег к месту столба Толля был вывезен запас продовольствия: консервы, мука, крупы, спирт, а также примус, винтовки, патроны, несколько бочек бензина и керосина и другое снабжение. Этот склад был сделан на случай бедствия кого-либо из полярных путешественников. Все это снаряжение уложили в пустые металлические бочки, запаяли их крышками, обвязали стальным тросом. Землю около них обильно залили керосином, чтобы отпугнуть медведей.
От залива Миддендорфа до о. Диксон плавание протекало в благоприятных ледовых и гидрометеорологических условиях. На обратном пути придерживались прежних курсов. При этом опять вышли на мелководье — нынешнюю банку Ермака.
На подходе к Диксону было получено указание зайти в бухту Полынью и снять часть оборудования с потерпевшего там аварию экспедиционного судна «Профессор Житков». Это судно было выброшено штормовым западным ветром на восточный берег бухты еще в навигацию 1928 г.
Весной 1929 г. судно было выжато на берег льдом и засыпано летом галькой с морской стороны настолько, что его нельзя было снять.
Лов белухи в районе о. Диксон или у о. Крестовского в Енисейском заливе из-за позднего осеннего времени был невозможен, и было решено следовать к Карским Воротам, затем вдоль
{1} По-видимому, этот столб обозначал место продовольственного депо, созданного в 1900 г. где-то на этом берегу экспедицией на яхте «Заря», руководимой Э. В. Толлем. В его дневнике (Э. В. Толль. Плавание на яхте «Заря». М., 1959, стр. 45) записано, что продовольствие (в основном консервы) в цинковом запаянном ящике было зарыто в грунт на глубину одного аршина. Воспользовался ли кто затем этим складом, осталось неизвестным. — Прим. В. А. Троицкого.
[56]
 Рис- - 0005.jpg
Экипаж э/с. «Зверобой»
западных берегов Новой Земли пройти к входу в пролив Маточкин Шар и там, в районе губы Поморской, попытаться промышлять белуху.
Переход от о. Диксон до губы Поморской проходил в тяжелых условиях из-за сильных штормов к юго-западной части Карского моря и юго-восточной — Баренцева моря.
Губа Поморская оказалась недостаточно защищенным местом для рейдовой стоянки. Тем не менее под руководством Свендсена на выдающемся в море мысе был выставлен наблюдательный пост с постоянным дежурством одного из промышленников, который должен был своевременно оповестить судно о приближении к бухте стада белухи.
В самой бухте были выставлены сети с открытыми «воротами», которые после входа стада белухи в бухту должны были закрываться.
Позднее осеннее время делало стоянку тяжелой, частые штормовые ветры заставляли держать машины судна в постоянной готовности.
Запасы пресной воды мы пополняли из пресноводного озера. Процедура приемки воды была весьма сложной и трудоемкой. Спускали на воду спасательный вельбот и рабочую шлюпку, при
[57]
помощи которой вельбот буксировался в район озера. Поставив вельбот на дректов, протягивали шланги на берег и опускали в озеро. Ручной помпой воду из озера по шлангу накачивали прямо в вельбот с расчетом заполнения его корпуса до максимально допустимой осадки, но с запасом надводного борта, защищавшего пресную воду от забрызгивания соленой забортной водой.
Затем вельбот осторожно буксировался рабочей шлюпкой к борту судна, где из него выкачивали воду в судовые цистерны. Каждый такой рейс вельбота давал пополнение пресной водой по 4—5 т, но тихая погода стояла недолго и пресной воды приняли немного. Поэтому на судне расход ее был строго нормирован. Расходовалась она в основном только для парового котла и приготовления пищи.
После двухнедельной стоянки в Поморской губе в ожидании стада белухи, которое упорно не подходило к берегам, разыгрался жестокий шторм. В этом районе восточные штормы особенно сильны. Вблизи берегов Маточкина Шара они напоминают по силе знаменитую новороссийскую бору.
На нашем якорном месте такой шторм был особенно опасен, так как судно дрейфовало к ближайшему западному берегу Поморской губы. К ночи он достиг силы 11 баллов с сильным снегопадом, что лишило нас возможности следить за дрейфом судна.
Несмотря на отданные два якоря с вытравленными якорными канатами и работу машины, судно все же дрейфовало под ветер. И вот когда по глубинам мы видели, что до берега оставалось совсем недалеко, неожиданно чем-то заклинило винт и машина остановилась. Осмотр показал, что причиной остановки гребного винта были наши белушьи сети, которые намотались на винт. На наше счастье, ветер стал стихать и дрейф судна прекратился.
К утру следующего дня погода улучшилась и команда приступила к очистке винта. Размотать сети с винта оказалось невозможным, поэтому пришлось резать их под водой.
Уменьшив по возможности дифферент на корму переброской угля и груза в количестве 90 т, постепенно перерезали сети и очистили винт. Но сети были изрезаны и теперь требовался их капитальный ремонт. Дальнейшая стоянка в Поморской губе была бесполезной, и мы направились в Архангельск. В середине ноября судно прибыло в Архангельск и стало к причалу в Соломбале. Для подготовки судна к весеннему зверобойному промыслу в горле Белого моря в первой декаде декабря «Зверобой» вышел из Архангельска в Мурманск.
Хотя из-за отсутствия у нас опыта зверобойных промыслов, а главное, из-за неизученности Карского моря в гидрографическом отношении промысел первого судна «Комсеверопути», посланного в восточную часть Карского моря, оказался неудач-
[58]
ным и ни одной белухи мы не добыли, все же был накоплен ценный опыт плавания во льду, высадок на неизвестные берега. Плавание экспедиционного судна «Зверобой» показало, что северо-восточная часть Карского моря доступна для небольших промысловых судов.
Опыт плавания «Зверобоя» широко использовался в аналогичных плаваниях экспедиционного судна «Белухи» в 1930— 1932 гг.
В навигацию 1930 г. вместе с А. К. Бурке я перешел на купленное в Норвегии моторное судно «Белуха» (бывшее «Хобби»), Тем не менее пришлось встретиться со «Зверобоем» в трагической для него обстановке. В сентябре 1930 г. экспедиционное судно «Зверобой» (капитаном был Ю. М. Петранди) наскочило на неизвестный риф напротив зимовья Громадского в Пясинском заливе и, получив пробоину, затонуло. Наше судно «Белуха» сняло с него экипаж, оборудование и имущество. Обломки «Зверобоя» еще несколько лет виднелись неподалеку от зимовья у скалистого мыса, получившего по судну название — мыс «Зверобой». Этим же именем названа группа островов на юге шхер Минина, приближенно нанесенные на карту с экспедиционного судна «Зверобой» в 1930 г. В этих географических названиях сохраняется память о первом советском промысловом судне, проникшем в 1929 г. далеко на восток Карского моря.
Аватара пользователя
[ Леспромхоз ]
Редактор
Редактор
 
Сообщения: 11087
Зарегистрирован: 02 Июль 2007 00:17
Откуда: Петрозаводск

"Зверобой"/"Браганца", зверобойная шхуна

Сообщение [ Леспромхоз ] » 22 Февраль 2014 16:02

ЭПРОН. Сборник статей по судоподъему, водолазному и аварийно-спасательному делу. № XIII - XV.
Краснознаменная Экспедиция Подводных Работ СССР. Ленинград. 1936

И. М. Кишкун
ЭПРОН на острове Диксона

... В мае месяце Курлеев с наступлением полярного дня организовал экспедицию на собаках на о-в Серебрякова, чтобы снять ценный судовой мотор со шкуны „Зверобой", выброшенной на камни и оставленной своим экипажем. Взята была с собой походная палатка. Добрались туда удачно, несмотря на необходимость в пути преодолевать торосы.
Но наступило потепление, и надо было торопиться, так как моглоразвести полыньи и тогда рисковали и мотор не доставить на Диксон, и сами застрять, да и продуктов, взятых с собой, не хватило бы.
Был проявлен максимум энергии и настойчивости, работали почти без сна. Мотор в трюме забит частично льдом и заполнен водой, смешанной с нефтью. Сначала разбили и убрали лед. Водолазу было темно работать, невероятно трудно было отдать гайки, прикреплявшие мотор к дну шхуны. Надо принять еще во внимание и тесноту помещения.
Дружная работа все это преодолела, но появилась новая трудность — как тяжелый мотор вытащить наружу? Тут пришла на помощь сноровка водолазов. Сложными комбинациями талей мотор освобожден, он на палубе шкуны. Оставался еще обратный путь. Становилось все теплее, и каждый час задержки мог вызвать провал всей экспедиции.
Не теряя минуты, мотор перегрузили на нарты, и экспедиция пошла на Диксон. По дороге неоднократно рисковали утопить мотор и провалиться под лед, который трещал и уходил под воду. Но эпроновцы благополучно дошли вместе со спасенным имуществом
до места. ...
Аватара пользователя
[ Леспромхоз ]
Редактор
Редактор
 
Сообщения: 11087
Зарегистрирован: 02 Июль 2007 00:17
Откуда: Петрозаводск

"Зверобой"/"Браганца", зверобойная шхуна

Сообщение ББК-10 » 22 Ноябрь 2014 13:10

Советская Сибирь, 1930, № 142, 22 июня.

=Советская Сибирь, 1930, № 142 (1930-06-22) Зверобой и Белуха.jpg
ИЗ АРХАНГЕЛЬСКА В ЯКУТИЮ ВДОЛЬ СЕВЕРНОГО ПОБЕРЕЖЬЯ СИБИРИ.

АРХАНГЕЛЬСК. 21. (Роста). В эту навигацию Комитет северного морского пути сделает опыт переброски товаров в Якутию из Архангельска вдоль северного побережья Сибири. В середине лета из Архангельска в устье Лены выйдут суда «Зверобой» и «Белуха».


Советская Сибирь, 1930, № 162, 16 июля.

 Советская Сибирь, 1930, № 162 (1930-07-16) Карская. Белуха и Зверобой.jpg
ЛЕНСКИЙ РЕЙС.
Суда Комсеверопути «Белуха» и «Зверобой» выходят в полярный рейс. Суда пойдут на Новую землю, где высадят промышленников с припасами, оттуда — на Таймыр, где тоже будут оставлены зимовки на западном и возможно восточном побережье.
Если ледовые условия и погода позволят произвести обход мыса Челюскина «Белуха» и «Зверобой» совершат в этом году (впервые) Ленский рейс — пройдут в море Лаптевых и Восточно-сибирское для обследования промыслов.


Советская Сибирь, 1930, № 191, 21 августа.

 Советская Сибирь, 1930, № 191 (1930-08-21)Зверобой в Юшаре.jpg
"ЗВЕРОБОЙ" ПРОШЕЛ ЮГОРСКИЙ ШАР.

Промысловая шхуна Комсеверпути "Зверобой", недавно вышедшая на промысел, прошла Югорский шар и благополучно подошла к острову Шокальский. На борту шхуны — промышленники зверобои.
В районе между Обской губой и Енисейским заливом "Зверобой" будет охотиться за морским зверем — белухой.



ВСП 1930 № 008 (3 сентября)

 ВСП 1930 № 008 (3 сент.) судно Зверобой на рифе.jpg
СУДНО НАЛЕТЕЛО НА КАМЕННЫЙ РИФ

КРАСНОЯРСК, 2 сентября (Наш корр.). 27 августа, в 5 часов, судно зверобой Комсеверопути налетело на каменный риф. В течение 9 часов команда работала для спасения судна, пришлось прекратить пар, вытравить канаты, сдрейфовать.
На глубину в две сажени судно затянуло. Пассажиры и экипаж высажены на берег и нашли гостеприимство в зимовье Громатского, Спасение судна вполне возможно водолазами с помпой и пластырями.
Последний раз редактировалось ББК-10 28 Февраль 2015 15:23, всего редактировалось 1 раз.
Аватара пользователя
ББК-10
 
Сообщения: 5690
Зарегистрирован: 05 Ноябрь 2014 17:53

"Зверобой"/"Браганца", зверобойная шхуна

Сообщение ББК-10 » 10 Февраль 2015 20:36

Советская Сибирь, 1930, № 203, 4 сентября.

 Советская Сибирь, 1930, № 203 (1930-09-04) Авария Зверобоя.jpg
ШХУНА "ЗВЕРОБОЙ" ПОТЕРПЕЛА АВАРИЮ

27 августа в Северном Полярном море, под 73 гр. 44' северной широты 85 гр. 25' восточной долготы потерпела аварию шхуна Комсеверопути "Зверобой". На сигнал о бедствии прибыли военно-гидрографические суда Убекосибири "Прибой" и "Неупокоев". Пострадавших среди состава "Зверобоя" нет. Шхуна имеет пробоину. Работы по снятию судна будет вести Комсеверопуть. Экипажу "Зверобоя" опасность не угрожает.
Аватара пользователя
ББК-10
 
Сообщения: 5690
Зарегистрирован: 05 Ноябрь 2014 17:53

"Зверобой"/"Браганца", зверобойная шхуна

Сообщение fisch1 » 27 Апрель 2015 21:10

Перепост http://vaga-land.livejournal.com

Шхуна "Зверобой"


1.jpg

В 1930 году шхуна «Зверобой», выйдя из Архангельска, дошла до Таймыра, и во время исследования устья реки Пясины выскочила на камни, получив пробоину. Радист успел передать информацию о крушении, и подошедшим пароходом «Диксон» весь экипаж был спасен. Шхуну стащить с камней не удалось, и вскоре ее разбило сильным волнением.

 Мурманец.jpg


Шхуна была построена в Норвегии, называлась «Браганца», и в 1928 году итальянское правительство зафрахтовало ее для поисков членов экспедиции Нобиле.
Хорошей фотографии шхуны я нигде не нашел, но в сборнике «Суда Северного морского пароходства и полярной гидрографии» есть фотография «Мурманца», бывшего в Норвегии «Сторисом». Подобные суда строились по одним чертежам, и, скорее всего, «Браганца» была такой же. Только в сборнике «Мурманец» назван не шхуной, а ботом, и гидрограф Попов в своей книге о гидрографах «Автографы на картах» тоже называет «Зверобой» ботом.

 Артур Карлович Бурке.jpg


В том же 1928 году «Браганцу» было решено купить у норвежцев, и использовать для гидрографических исследований. Принимать судно в Норвегию отправился 37-летний Артур Карлович Бурке, латыш, поселившийся в Архангельске в 1915 году. Тогда в Архангельске оказалось много латышей-беженцев.
Бурке перегнал «Браганцу» в Архангельск, где ее переименовали в «Зверобой» и стал ее капитаном.

В 1929 году "Зверобою" поручили разведать путь из Архангельска в реку Лена. В конце ноября 1929 года экспедиция во главе с ее начальником и капитаном Бурке возвратилась на "Зверобое" в Архангельск. Кроме научных заданий, экспедиция организовала и снабдила промысловые зимовки, создала базы горючего для арктических полетов.
В 1930 году Бурке перешел капитаном на шхуну «Белуха», а «Зверобоем» стал командовать капитан Петранди (грек?).

 Шкроев на ЗВЕРОБОЕ.jpg


Нашел в Интернете фотографию Алексея Шкроева, астронома, выпускника Томского университета, сделанную в июле 1930 года на борту «Зверобоя», когда экспедиция готовилась к отплытию из Архангельска. В экспедиции 1929 и 1930 годов "Зверобой" уходил из Архангельска, но, судя по надписям на спасательных кругах, портом приписки был Мурманск.

 zveroboi_1930_ekipazh..jpg


«Зверобоем» я заинтересовался после того, как в журнале sibir79 увидел эту фотографию, оцифрованную в Тобольске. Видимо, фотография осталась в тех краях тогда, когда спасенный экипаж вывезли с Таймыра и переправляли в Архангельск.
Может быть, я ошибаюсь, но один из двух сидящих (справа, в темном шарфе) – капитан Бурке. Очень уж характерная ямочка на подбородке была у Артура Карловича.
На палубе и на надстройке снег, значит, это поздняя осень, и фотография сделана или сразу после покупки шхуны в Норвегии в 1928 году, или осенью 1929 года, после экспедиции к устью Лены.
Потом Бурке плавал капитаном «Садко», написал книгу о полярных льдах, жил в Соломбале, во время войны заболел туберкулезом, и умер в 1942 году.
fisch1
 
Сообщения: 2173
Зарегистрирован: 13 Ноябрь 2014 19:59

"Зверобой"/"Браганца", зверобойная шхуна

Сообщение fisch1 » 04 Май 2015 18:36

 А. Шкроев на борту«Зверобоя».Архангельск,июль 1930 г..png

Алексей Шкроев, молодой человек двадцати шести лет от роду, выпускник Томского университета,на борту«Зверобоя».

Общество «Комсевморпуть», в то время Северо-Сибирское акционерное общество торговли и промышленности «Комсевморпуть», основанное в 1928 году в Новосибирске, направило его в командировку.
Необходимо было перегрузить приборы, привезённые из Новосибирска и Томска, на
поезд, уходящий в Архангельск, согласовать вопросы программы в Астрономическом
институте, самым тщательным образом всё проверить. В предстоящем путешествии лю-
бая мелочь могла оказаться невосполнимой, делая невозможным выполнение главной
задачи, важность решения которой для будущего прекрасно осознавали и руководители
общества «Комсевморпуть», и сам выпускник Томского университета Алексей Шкроев.
В удостоверении, лежащем в кармане молодого специалиста, был проставлен экзоти-
ческий пункт назначения командировки: Карское море.

Из Архангельского порта ему предстояло пуститься в плавание на борту парохода, но-
сившего куперовское название «Зверобой», в качестве астронома-геодезиста через Бе-
лое, Баренцево и Карское моря.
В обязанности входили наблюдения за звёздным небом по всей трассе Северного мор-
ского пути от Архангельска до Таймыра, с целью сбора данных для разработки новой
навигационной системы полярной авиации, создаваемой, разумеется, без орбитальных
спутников, космической связи и прочих атрибутов новейшего времени.
Как покажет в скором будущем папанинская эпопея, авиация является необходимым
условием освоения Северного морского пути. В свою очередь сама авиация без надёж-
ной системы ориентации на бескрайних ледяных пространствах Северного Ледовито-
го океана и занесённой снегом береговой линии обречена на нескончаемые героические
жертвы.
Летом 1930 года из Архангельска и Мурманска вышли в плавание несколько карава-
нов судов с самыми разными заданиями.
Важнейшей считалась экспедиция Отто Юльевича Шмидта, которой впервые в исто-
рии арктического мореплавания удалось тогда на ледоколе «Георгий Седов» пройти в се-
верные районы Карского моря к западным берегам Северной Земли и высадиться на ней.
Открытие Северной Земли было совершено русской «Гидрографической экспедицией
Северного Ледовитого океана» на ледокольных пароходах «Таймыр» и «Вайгач» в начале
ХХ века. В 1930 году экипаж «Седова» в качестве первопроходца, ступившего на Север-
ную Землю, давал названия составлявшим её островам – к Большевику, Октябрьской Ре-
волюции, Комсомольцу и Пионеру добавились остров Шмидта, Воронина и ряд других.
В то же самое время шхуна «Зверобой» исследовала на Таймыре устье реки Пясины.
Данный район Таймырского полуострова имел стратегическое значение для проекта
промышленного развития российского Крайнего Севера.
На северную оконечность Сибири в район Норильска прежде было организовано не-
сколько арктических экспедиций, в том числе геологических. Определяющую роль для
региона и всей последующей истории страны сыграли изыскания Н. Н. Урванцева, кото-
рые проводились в начале 20-х годов. В 1922 году его экспедиция провела замеры Пясин-
ской водной системы и открыла путь из Карского моря до реки Норилки.
В 1923 году были открыты и разведаны месторождения горы Рудной, Угольного
ручья (близ современного города Норильска), а в 1924-м произведена пробная добы-
ча руды, доставленной в Ленинград для опытной плавки. Анализ показал высокое со-
держание никеля и платины. Однако дальнейшая разработка месторождения была за-
труднена в связи с нехваткой средств. Работы продолжились в 1929 году. Хотя водный
путь из Норильска в Карское море был известен, дело стопорилось из-за опасности его
в устье.
«Зверобой» делал в том сезоне попытку разыскать подходящий фарватер из Карско-
го моря в реку, который с проведением реконструкции мог бы сделать реку Пясину судо-
ходной, однако при этом сам наткнулся на неизвестную каменную морскую гряду и, по-
лучив пробоину, затонул. В итоге водный маршрут через Пясину был признан неэффек-
тивным, а для связи Норильска с возведённым на Енисее портом Дудинка впоследствии
построили железную дорогу Норильск – Дудинка.
Что же касается срочности выполнения командировочного задания А. И. Шкроева,
реальная история полярной авиации начиналась именно в это время: в конце 20-х – нача-
ле 30-х годов. В 1929 году на Игарскую протоку приводнился первый гидросамолёт, ве-
домый лётчиком Борисом Чухновским. Летом 1932 года беспосадочный перелёт от Крас-
ноярска до Игарки на самолёте «Дорнье-Валь» был осуществлён за 10 часов.
Теоретические основы нового способа навигации были разработаны профессором
Томского университета Н. Н. Горячевым тоже в конце 20-х годов.
В декабре 1928 года в Ленинграде Н. Н. Горячев прочёл на 4 съезде астрономов РСФСР
доклад «Подбор певцовских пар звёзд для разных географических широт», летом того же
года его студент Шкроев проходил практику в Пулковской обсерватории, апробируя те-
орию в стационарных условиях.
Для применения нового метода необходимо было предварительно произвести фикси-
рование параметров (звёздные пары Певцова) на протяжении Северного морского пути,
чтобы затем посредством большого числа вычислений создать достаточно простые та-
блицы, при помощи которых, с использованием специальных радиосигналов, передавав-
шихся круглосуточно (к 1930 году на протяжении Западной части Северного морско-
го пути до Таймыра включительно построено 19 радиостанций), а также знания точно-
го времени, штурман самолёта в полёте мог достаточно быстро определять собственные
координаты.
Первоначально Шкроеву предлагали даже «лететь на аэроплане», непосредственно
из кабины фиксируя астрономические параметры Арктики, но технически это было не-
осуществимо, поэтому он отказался от явной авантюры, предпочтя ей тоже весьма не-
простое морское путешествие в арктических широтах.
Сохранилась записка Алексея Шкроева его томской знакомой Галине Майковской от
7 мая 1930 года, переданная по случаю со знакомыми из Новосибирска, где он в то вре-
мя работал в «Комсевморпути», одновременно являясь студентом 5 курса, дипломником
физико-математического факультета.

Галка!
Я задержусь в Н-ске на неопределенное время. С учреждением (имеется в виду «Ком-
севморпуть») дело обстоит неважно:
1. Мой инструмент передали в другое учреждение на 1 год.
2. Хотели послать на аэроплане. Я отказался.
3. Предлагают работать с другим, менее точным инструментом. Я отказываюсь
вплоть до увольнения.
Отчёт не закончил. Свой адрес не знаю (забыл № дома) спроси у мамы (имеется в
виду В. Е. Шкроева). Только не № 60 – это старый номер (кажется, 57).
Напишу письмо потом. Пиши до востребования.
7.V.1930

.........................................................................................................................
Пока «Зверобой» шёл через Белое, Баренцево моря, через пролив Югорский шар в
море Карское, экспедиция академика Отто Юльевича Шмидта следовала на ледо-
коле «Георгий Седов» из Баренцева моря через северные районы Карского моря к
западным берегам Северной Земли.
Между экспедицией О. Ю. Шмидта и лётчиками полярной авиации, с которыми ле-
тел специальный корреспондент «Комсомольской правды» А. Том, шло негласное сорев-
нование, кто первыми достигнет берегов Новой Земли и отыщет новые географические
объекты, которым можно будет дать название. В этом соревновании победил Шмидт.
О гибели «Зверобоя» читатели узнали из «Комсомольской правды» № 13, где поме-
стилась статья: «Зверебои на мёртвом якоре» специального корреспондента А. Тома. Да-
лее с небольшими сокращениями приведём её содержание, дополняя текст фотографи-
ями, сделанными А. Шкроевым и никогда прежде не публикованными. На следующей
видна «зимовка Громадского», располагавшаяся на берегу Карского моря.

 Зимовка Громадского на берегу Карского моря..jpg


«Во время нашего пребывания в гостях у Зенона Громадского мы лишились
языка. Владимир Анатольевич Тюнин, радист самолётв так“усовершенствовал”передатчик, что он перестал работать. Действовал один приёмник. Перед отлётом с Диксона было обусловлено, что дважды в сутки местная радиостанция поддерживает с нами связь. Связь была утеряна на третий день. Но регулярно после каждой посадки экипаж устанавливал 10-метровую мачту, натягивал антенну, и Тюнин садился дежурить за приёмник...
Сейчас Тюнин тоже сидит за приёмником.
– Ю-Шар передаёт метеосводку. Маар-Сале зовёт Новый порт. Диксон...
Нас интересует только “Седов”. Где находится ледокол? Удалось ли ему подобрать-
ся к Новой Земле?
Стрелка конденсатора стала.
– “Седов”!
Карандаш Тюнина расшифровывает тире и точки в простые записи бортжурнала.
“Закончили выгрузку, приступаем к сборке дома...”
Соревнование окончилось. Мы биты. “Седов” опередил и пришёл раньше на Северную Землю. Хотя и у нас теплится ещё надежда, что льды, возможно, не позволят кора-
блю подняться в более северные широты, – “Седов” подошёл с юга, и нам ещё предсто-
ит своим полётом исследовать и выявить лицо архипелага, – но всё же основная “паль-
ма” уже находится в других руках.
Обидно.
И, пока мы выражаем друг другу соболезнование, делимся печалью, Тюнин привско-
чил, и, выронив тетрадь журнала, кричит:
– Погиб “Зверобой”!
– “Зверобой”?!?
– Что?
– Я только что слышал работу “Неупокоева” (гидрографическое судно). “Неупоко-
ев” сейчас находится около устья Пясины. Там же погиб “Зверобой”. Отчего – не знаю.
Об этом ничего не говорится в радиограмме. Но... – Тюнин смущён, потом говорит, –
“Неупокоев” вызывает сейчас на помощь теплоходы. Очевидно, имеется какая-то на-
дежда на спасение шхуны.
– Так что же, погибла шхуна или нет?
– Шхуна – не знаю, но люди целы. Стоп, стоп...
Проходит пять, десять минут, листы бортжурнала покрываются записями, но в
них нет ничего нового. “Неупокоев” запрашивает срок возможного прибытия теплохо-
дов к месту катастрофы, просит сообщить мощность водоотливных средств и не за-
быть прихватить водолазов.
– На машину!
Свёртываем лагерь и отправляемся в конец бухты, где находится наш самолёт. Раз-
водим костёр и греем воду. Во избежание всяких недоразумений с радиаторами, боясь,
как бы замороженная вода не разорвала их соты, Квятковский спустил её в первую же
ночь посадки в Мидендорфе. Теперь надо нагреть 12 вёдер.
Идём на взлёт. Бухта полна льдом. Идём узким фарватером чистой воды. Чуть оши-
бёшься – дно лодки будет пробито, со всеми вытекающими отсюда последствиями.
Оторвались.
Но что разделывают моторы! Они, как чахоточный больной, заливаются в сплош-
ном кашле. Мы идём над сплошными ледяными полями. Если так будет продолжаться
и дальше...
Поворачиваем обратно.
Отступаем, не доходя 50 миль до Северной Земли. Кое-как дотянули до шхер Мини-
на, и, как только вновь повстречали тепло, моторы перестали чудить...
Через пару часов были на месте катастрофы.Неподалёку от устья Пясины, завалив-
шись на левый борт, как подраненное исполинское животное, лежал “Зверобой”. Два
года назад эта шхуна носила имя “Браганца”. Участвовала в плавании по оказанию по-
мощи экипажу дирижабля “Италия”. Она не очень-то отставала от “Красина”, ледокол
настиг и обогнал шхуну только у Семи островов, т. е. когда до группы Вальери оставалось
всего каких-нибудь 40-50 километров. Пробиваясь через льды, мы прошли почти рядом
тогда. На мачте шхуны красовались флаги:“Желаем счастливого плавания”.

Впоследствии “Браганца” была куплена нами и переименована в “Зверобой”.
– Как это случилось?
Это случилось очень просто. Капитан Петранди вёл шхуну с Пясины. Шхуна уже
вторую неделю плавала в совершенно необследованных водах и налетела на “кошку”
(подводная каменная гряда). Её стало бить о камни. Радист едва успел передать пару
фраз о катастрофе, как появилась пробоина и радиорубка была залита водой. Люди
целы. Вот придут теплоходы – может быть, удастся подвести пластырь под пробои-
ну, откачать трюмы и стащить “Зверобоя” с мели. Нашу машину посылают навстре-
чу теплоходам. Мы должны как можно быстрее доставить водолазов...»


 “Зверобой”  неподалёку от устья Пясины 1930 г..png

Все благополучно спаслись, в том числе астроном Алексей Шкроев, запечатлевший получивший пробоину«Зверобой» с берега и с борта парохода «Диксон», но «заплату» поставить не удалось,и шхуна была разбита первым же волнением моря на камнях.
Экипаж и груз были эвакуированы на пароходе «Диксон». Путь домой пролегал че-
рез новый порт страны Игарку: радиостанция, столовая,клуб – написано на сделанном
там фото.

 Игарка 1930.png



Несмотря на то, что командировка закончилась кораблекрушением, с точки зрения по-
лучения материалов для создания навигационных таблиц она оказалась вполне успеш-
ной. Необходимые астрономические данные были собраны, сохранены, доставлены в
Новосибирск. Далее началась соответствующая обработка результатов одновременно в
Астрономическом институте, Новосибирске и Томске.
До весны следующего года он продолжал работать в «Комсевморпути», часто ездил
в командировки в Новосибирск, занимался вычислительной работой, результаты которой
отсылались в Астрономический институт СССР.


Данилов С. К. Сад Шкроева - люди и судьбы : [документальная повесть] Томск 2009 — 111 с. : ил., фот.
fisch1
 
Сообщения: 2173
Зарегистрирован: 13 Ноябрь 2014 19:59


Вернуться в Полярный флот Росcии/СССР



Кто сейчас на конференции

Сейчас этот форум просматривают: нет зарегистрированных пользователей и гости: 1

Керамическая плитка Нижний НовгородПластиковые ПВХ панели Нижний НовгородБиотуалеты Нижний НовгородМинеральные удобрения