ТФ: К-454

Краснознаменный Северный Флот / Флотилия СЛО.
Арктические бригады.
Изображение
31 июля 2012 года исключен из Регистровой книги судов и готовится к утилизации атомный ледокол «Арктика».
Стоимость проекта уничтожения "Арктики" оценивается почти в два миллиарда рублей.
Мы выступаем с немыслимой для любого бюрократа идеей:
потратить эти деньги не на распиливание «Арктики», а на её сохранение в качестве музея.

Мы собираем подписи тех, кто знает «Арктику» и гордится ею.
Мы собираем голоса тех, кто не знает «Арктику», но хочет на ней побывать.
Мы собираем Ваши голоса:
http://arktika.polarpost.ru

Изображение Livejournal
Изображение Twitter
Изображение Facebook
Изображение группа "В контакте"
Изображение "Одноклассники"

ТФ: К-454

Сообщение Иван Кукушкин » 30 Август 2009 23:56

Информационное агентство "ПРоАтом" http://www.proatom.ru/modules.php?name= ... e&sid=1455


На одновальной подводной лодке подо льдами Северного Ледовитого океана
В.Я. Барановский, контр-адмирал в отставке
Н.Я.Щербина, капитан 1-го ранга, к.т.н., проф.ВМИИ, Санкт-Петербург


В сентябре 1974 г. одновальная атомная подводная лодка (ПЛА) «К-454» за две недели осуществила безаварийный переход с Севера на Восток на Тихоокеанский флот подо льдами Северного Ледовитого океана.

В сентябре 1963 г. первый подлёдный переход с Севера на Восток осуществила ПЛА «К-115» под командованием Ивана Дубяги с командиром БЧ-5 Борисом Гапешко. Первопроходцы были вознаграждены сполна. Командир лодки стал Героем Советского Союза, а его механик удостоился Ордена Ленина.

Двумя неделями позже по более сложному подлёдному маршруту с Севера на Восток вышел ракетоносец «К-178» (проекта 658) Аркадия Михайловского из ракетоносного соединения флотилии, и так же успешно справился с поставленной задачей. За этот перевод ракетоносца А. Михайловскому было присвоено звание Героя Советского Союза, а его механику вручён Орден Ленина.

Следующее пополнение Тихоокеанского флота атомными подводными лодками произошло весной 1966 г. к XXIII съезду партии. Отряд в двухлодочном составе под руководством командующего первой флотилией Анатолия Сорокина совершил почти кругосветное плавание: переход из Западной Лицы через Атлантический океан, пролив Дрейка и Тихий океан к берегам Камчатки. Изнурительный труд подводников по преодолению трудностей плавания в экваториальных и высоких широтах Атлантического и Тихого океанов был оценен по достоинству. Героями Советского Союза стали командующий флотилией руководитель перехода Анатолий Сорокин, командиры подводных лодок «К-116» Виноградов (проект 675), «К-133» – Столяров, их командиры БЧ-5 Самсонов и Морозов, политработник Усенко. Командир БЧ-5 Геннадий Мироненко был награждён Орденом Красного Знамени. Переход по трансарктическому маршруту второй атомной подводной лодки «К-14» проекта 627А с командиром Дмитрием Голубевым в сентябре 1966 г. также оказался «звёздным».

Лимит высоких наград, по-видимому, был исчерпан, а возможно были и другие причины, но члены экипажа ПЛА «К-42», совершившей в 1968 г. переход на ТОФ подо льдами Северного Ледовитого океана, удостоились орденов и медалей без «героев». Маршрут к тому времени был уже достаточно изучен и освоен, и ничего нового не мог представлять. Для первого поколения АПЛ время «героев» проходило. К тому времени эти лодки считались освоенными. Отдельные конструктивные недостатки, такие как невысокая надёжность парогенераторов паропроизводящих установок, недостаточная эффективность противопожарных средств и пр. были устранены в ходе серьёзной доработки, в том числе, и по части системы обеспечения безопасности длительного плавания подо льдами.

Важным конструкторским решением для плавания подо льдами было двубортное исполнение главной энергетической установки (ГЭУ) атомоходов первого поколения: по две паропроизводящих и паротурбинных установки, две линии вала с главными гребными винтами, что сводило к минимуму риск остаться без хода подо льдом.

Совершенно иная ситуация была с одновальной подводной лодкой второго поколения «К-454», имевшей более низкую живучесть в обеспечении хода подо льдом, что должно было создавать определённый дискомфорт у экипажа при подлёдном переходе. Наличие двух паропроизводящих установок, работающих на главную турбину, особых преимуществ не добавляло. И, тем не менее, на практике необходимо было убедиться в возможности длительного плавания подо льдами лодок одновальной конструкции.

ПЛА «К-454» была «свежая», только что пришедшая на флотилию осенью 1973 г. во главе с Валентином Яковлевичем Барановским. После отработки задач курса боевой подготовки на Севере в составе третьей дивизии подводных лодок, она должна была пополнить одно из соединений Тихоокеанского флота вслед за лодкой «К-314» Гонтарева. «К-314», ушедшая в середине января 1974 г. на ТОФ по маршруту вокруг Африки, добралась туда только седьмого мая. Плавание корабля в южных широтах не было простым для экипажа и корабля. Сложность состояла в том, что подводные лодки этого проекта были мало приспособлены к плаванью в условиях высоких температур забортной воды. Но подводники с честью прошли длинный путь без аварий и происшествий, испытав технику и себя на надёжность, выносливость и живучесть.

Арктическая ледовая обстановка в 1973 г. не позволила осуществить перевод лодки «К-314» с севера на восток Северным путём. Арктические льды, гонимые ветром в сторону Берингова пролива, практически закупорили пролив и всё пространство Чукотского моря от островов Врангеля и Геральда до самого материка. Метеорологический прогноз ледовой обстановки на август 1974 г. позволял планировать переход лодки «К-454» кратчайшим, северным маршрутом, если лодка пойдёт подо льдами Северного Ледовитого океана в конце августа, в пик полярного лета. Ледовый покров к этому времени, сужаясь, отступает на север. На короткое время вдоль северного побережья образуется полоска чистой воды, правда, не на всём протяжении.

В начале августа 1974 г. на Черноморском флоте произошло ЧП, равного которому давно не было на Военно-морском флоте. В результате взрыва стартовика ракеты в погребе большого противолодочного корабля (БПК) «Отважный» сдетонировала часть боезапаса. БПК затонул через четыре часа после возникновения аварийной ситуации. Это была настоящая трагедия для Военно-морского флота и страны. Подводная лодка «К-454» и её экипаж после известия о ЧП в ВМФ попали под жёсткий контроль штабов дивизии и флотилии. Решались вопросы укомплектованности экипажа подготовленными специалистами, для чего были прикомандированы недостающие специалисты из других экипажей. Делалось всё, чтобы исключить аварийность, обеспечить безопасность корабля и экипажа.

Если до «К-454» походы подводных лодок 671 проекта следовало отнести к разряду подныривания (уходу под лёд на незначительное удаление от его кромки), то переход лодки «К-454» можно считать первопроходческим.

О трансарктическом переходе одновальной атомной ПЛ «К-454» рассказывает её командир Валентин Яковлевич Барановский:

Атомная ПЛ «К-454» проекта 671 (заводской № 621) была спущена на воду со стапелей Ленинградского Адмиралтейского объединения 5 мая 1973 г. Предназначалась она для Тихоокеанского флота, откуда и был скомплектован экипаж. Поздней осенью 1973 г. ПЛА «К-454» прибыла в Западную Лицу, войдя в состав 3-й дивизии 1-й Краснознамённой флотилии атомных подводных лодок. Отработав и сдав с высоким качеством все курсовые задачи, ПЛА «К-454» в установленные сроки была введена в первую линию и к августу 1974 г. была полностью готова к переходу на Тихоокеанский флот подо льдами Северного Ледовитого океана. До этого подобный трансарктический переход совершали лишь двухвальные атомные подводные лодки 1-го поколения. Последний переход осуществила ПЛ «К-42» в 1968 г.под командованием капитана 2-го ранга В.И.Заморева со старшим на борту контр-адмиралом А.П.Михайловским. Несмотря на рваную вмятину в легком корпусе размерами 2 x 1,5 м, полученную при неудачном всплытие в полынье, ПЛА благополучно прибыла на Камчатку. За этот подлёдный переход командир ПЛ «К-42» был награждён Орденом Ленина.

Предстоящий переход одновальной ПЛА «К-454» под многолетними паковыми льдами Северного Ледовитого океана у многих скептиков вызывал серьёзные опасения. Старшим на борту «К-454» на трансарктическом переходе был утверждён командир 3-й дивизии ПЛ капитан 1-го ранга Евгений Дмитриевич Чернов, имевший уже опыт подлёдного плавания в Датском проливе.

На инструктаже в Главном штабе ВМФ, куда нас с Е.Д.Черновым вызвали перед походом, мы доложили Главнокомандующему ВМФ С. Г. Горшкову о состоянии оружия и технических средств корабля и готовности экипажа к подлёдному трансарктическому переходу на ТОФ. Главком задал мне вопрос: «Командир, ваша атомная ПЛ одновальная. Лёд в Арктике по маршруту перехода многометровой толщины. Что вы предполагаете предпринять в случае аварийной ситуации на борту под ледовой кромкой?». Я доложил, что на ПЛА «К-454» загружены торпеды, специально подготовленные для подрыва льда и создания полыньи на случай экстренного всплытия ПЛ в аварийной ситуации. По-видимому, С. Г. Горшкова такой ответ удовлетворил, так как больше вопросов не последовало. Главком утвердил наше предложение о смещении точки всплытия «К-454» из-подо льда южнее назначенной у острова Врангеля в Чукотском море, так как в том районе в начале сентября в предшествующем году наблюдалась ледовая кромка.

26 августа 1974 г. перед выходом ПЛА «К-454» из губы Западная Лица две боевые смены экипажа были построены на пирсе. На проводы нашей ПЛА прибыли: первый заместитель командующего КСФ вице-адмирал Е.И.Волобуев, командующий 1 КФ ПЛА контр-адмирал А.П.Михайловский, начальник штаба 1 КФ ПЛА контр-адмирал Ф.С.Воловик, офицеры флотилии и представители завода-изготовителя. Вице-адмирал Е.И. Волобуев вручил мне памятный адрес следующего содержания: «Дорогие товарищи! Вашему экипажу поставлена ответственная боевая задача Северным морским путём совершить переход на Краснознамённый Тихоокеанский флот. За короткое время пребывания в составе нашего флота ваш корабль в установленные сроки и с высоким качеством выполнил все задачи курса боевой подготовки и стал перволинейным. Этому способствовали целеустремлённая работа командования, глубокое понимание каждым членом экипажа своего патриотического долга перед Родиной. Предстоящий поход потребует от каждого подводника высоких морально-политических и боевых качеств: преданности народу, мужества, стойкости, мастерства, исполнительности и горячего стремления решить задачу наилучшим образом.

Выражаем твёрдую уверенность в том, что экипаж ПЛ с честью и достоинством выполнит задание командования и своими ратными делами впишет новую страницу в героическую летопись ВМФ.

За безупречную службу в составе Краснознамённого Северного флота Военный Совет выражает благодарность всему экипажу. Желаем счастливого плавания и больших успехов в службе на Краснознамённом Тихоокеанском флоте».

Подписали: вице-адмирал Е.Волобуев, контр-адмирал А.Сорокин, контр-адмирал А.Михайловский. 27 августа 1974 г. (Сейчас этот адрес хранится в Музее подводных сил РФ им. А.Маринеско).

После краткого митинга мы простились с провожающими и убыли на корабль. При отходе от пирса ПЛА «К-454» Федор Степанович Воловик сбросил с кнехта последний носовой швартов, пожелав нам «семь футов под килем!» и добавил «Не забывайте нас».

Выйдя из Мотовского залива в Баренцево море, ПЛ взяла курс на север к кромке полярных льдов, где в течение нескольких суток отрабатывала маневрирование при разведке ледовой обстановки, поиске полыней и разводий, тренировалась в выполнении маневров вертикального всплытия и погружении без хода в найденной полынье, а также отрабатывала маневр радиосвязи с берегом без всплытия на поверхность. Во время одной тренировки по срочному погружению без хода под кромкой льда, дифферент на корму достиг 26 градусов, однако экипаж и с этой вводной задачей справился успешно. Полностью выполнив запланированный тренировочный комплекс, ПЛА доложила на береговой командный пункт о выполнении задач и готовности следовать по маршруту подлёдного перехода на ТОФ.

Получив «добро» от оперативного дежурного ВМФ и поблагодарив корабли обеспечения за хорошую работу, 30 августа в 22.00 ПЛА погрузилась на заданную глубину и начала трансарктический подлёдный переход на Камчатку. Нам предстоял нелёгкий путь через центральную впадину Баренцева моря, жёлоб Святой Анны, котловину Нансена с глубинами свыше 3 тыс. м, хребет Ломоносова, простирающийся от северной оконечности Гренландии через Северный полюс до Новосибирских островов, над котловиной Подводников, через хребет Менделеева. Всплыв в Чукотском море, мы должны были скрытно форсировать Берингов пролив, после чего в подводном положении следовать к берегам Камчатки.

Рельеф дна по маршруту перехода ПЛА в те годы был ещё недостаточно исследован. Карты изобиловали белыми пятнами с отсутствующими на них указаниями глубин. Для более тщательного исследования глубин и толщины льда к нам прикомандировали двух представителей Гидрографической службы ВМФ: гидрографа Рачкова и его коллегу из г. Бельцы. Определённые ими глубины Северного Ледовитого океана по пройденному ПЛА «К-454» пути были нанесены на путевые карты и послужили отличным пособием для многих подводников в дальнейшем.

В состав походного штаба на борту ПЛА «К-454», возглавляемого капитаном 1-го ранга Е.Д.Черновым, входили: старший политработник начальник политотдела, ЧВС 1-й Краснознамённой флотилии подводных лодок контр-адмирал Н.И.Девятиреков, флагманский инженер-механик капитан 2-го ранга Н.Я.Щербина, флагманский штурман капитан 2-го ранга Б.Д.Батрак. Офицеры походного штаба были расписаны по боевым сменам и строго контролировали ходовые вахты, корабельные боевые учения, тренировки по специальности и по борьбе за живучесть.

Практически по всему переходу над нами находился многометровый паковый лёд. Изредка попадались полыньи, которые фиксировались эхоледомером и вахтенным наблюдателем через окуляр перископа. Каждая полынья наносилась вахтенным штурманом на путевую карту. Проходя мимо дрейфующей станции «Северный полюс» мы чётко прослушивали сигналы её подводного широкополосного излучателя.

6 сентября мы прошли мимо острова Врангеля, открытого в 1823 г. и нанесенным на карту русским полярным исследователем Фердинандом Петровичем Врангелем. Наша точка всплытия располагалась южнее островов Врангеля и Геральда в проливе Лонга. К 17.00 мы пришли в точку всплытия в Чукотском море. Ещё раньше сюда подошёл ледокол «Илья Муромец» с встречающим нас командиром 45 Камчатской дивизии ПЛ контр-адмиралом В.Г.Тумановым, в чьё подчинение переходила ПЛА «К-454» с момента прибытия на Краснознамённый Тихоокеанский флот.

Из-за того, что в назначенной точке всплытия эхоледомер обнаружил лёд, мы решили всплыть южнее, на чистой воде. Выйдя из-подо льда и услышав условные подводные сигналы – взрывы трёх гранат с минутными интервалами, произведённые ледоколом, ПЛА «К-454» всплыла в надводное положение.

Пройдя подо льдами Арктики 1876 морских миль, наша лодка убедительно доказала возможность безаварийного плавания одновальных ПЛА под многометровыми паковыми льдами Северного ледовитого океана.

Атомной подводной лодкой «К-454» был осуществлён первый в истории отечественного подводного флота трансарктический переход одновальной ПЛА, открывший маршрут с Северного на Тихоокеанский флот и в обратном направлении для регулярного подлёдного плавания атомным лодкам второго поколения.

В 19 часов 26 минут 7 сентября 1974 г. ПЛА «К-454» начала форсировать Берингов пролив в позиционном положении, прикрываясь корпусом сопровождавшего её судна обеспечения. Выйдя на глубины, достаточные для безопасного погружения, лодка совершила весь дальнейший переход к берегам Камчатки в подводном положении.

За образцовое выполнение задания командования, отличную морскую выучку и высокое профессиональное мастерство приказом МО СССР ПЛА «К-454» была награждена вымпелом МО СССР «За мужество и воинскую доблесть», который командованию корабля вручил Главком ВМФ С.Г.Горшков, специально прибывший на Камчатку. Командование лодки «К-454» также подготовило диплом «За подводный переход Северным морским путём», которым были награждены все участники перехода.

Возможно, в связи с гибелью большого противолодочного корабля «Отважный» на Черноморском флоте 30 августа 1974 г., экипаж ПЛА «К-454», первоначально представленный к наградам, так их и не получил, хотя за аналогичный переход спустя два года семь адмиралов и офицеров были удостоены звания Героев Советского Союза.

На Краснознаменном Тихоокеанском флоте подводная лодка «К-454» прослужила много лет, выполнив целый ряд боевых задач, а её первый экипаж отлично зарекомендовал себя, занимая призовые места в боевой подготовке.


Из воспоминаний участника трансарктического перехода-- члена походного штаба дивизии флагманского механика Н.Я. Щербины:

Как инженер- механик, командир БЧ-5, имевший опыт подлёдного плавания в 1970 г. (форсирование Датского пролива на «К-38») и в 1973 г. (поход под льдами Северного Ледовитого океана на «К-147»), я оказался в составе походного штаба дивизии на подводной лодке «К-454». Флагманскому штурману Б.Д.Батраку предписывались штурманская вахта вместе с командиром электронавигационной группы и эпизодический контроль за работой командира штурманской боевой части. Я обязан был находиться на вахте с командиром Барановским, а также, чередуясь с командиром БЧ-5, осуществлять контроль за работой техники и несением вахт на постах живучести и главной энергетической установки (ГЭУ).

День отправки подводной лодки «К-454» на ТОФ выдался дождливым и серым. Всем, кто находился на мостике во время съёмки швартовых, запомнился эпизод, когда контр-адмирал Фёдор Степанович Воловик сбросил с кнехта плавпирса последний, носовой швартовый конец со словами: «Не забывайте нас, семь футов вам под килем!». Придя с ТОФа на Север, он отправлял новейший корабль на флот, которому отдал большую часть своей жизни, молодость и здоровье. Порывы ветра поднимали полы ставшей для него просторной тужурки. Рука, приподнятая в прощальном приветствии почти к козырьку, не казалась твёрдой. По-видимому, сказывалось волнение от мыслей, что самому вряд ли уже придётся оказаться в краю безмятежной молодости.

По плану похода с приходом «К-454» к кромке льда предстоял пробный, тренировочный «подскок» под шапку льдов для проверки работоспособности навигационного оборудования и технических средств, отработки приёмов в управлении подводной лодкой подо льдами: манёвров вертикального всплытия и погружения без хода, приледнения, поиска разводий, полыньи.

На первых инструктажах заступающей после погружения ПЛ вахты офицеры Степанов, Сатирский, Мухин, вахтенные инженеры-механики Арчаков, Ишмухаметов, Иванов прислушивались к рекомендациям и распоряжениям офицеров походного штаба, демонстрируя дисциплинированность, что не могло ни импонировать. Понравились командиры реакторного и турбинного отсеков офицеры Хацко и Подгайский, исправно нёсшие вахту на пульте управления ГЭУ, кроме своего весьма сложного отсечного заведования.

В сменах по готовности номер два на пульте несли вахту управленцы Афанасьев, Ярушкин, Суслов, а также киповцы ГЭУ офицеры Багров, Ефименко и Каширов. Отлично зарекомендовали себя старшины команд БЧ-5 мичманы Осипенко, Огородов, Карпейкин, Десятерик. В том, что так удачно был подобран и подготовлен офицерский и старшинский состав БЧ-5, была большая заслуга и механика лодки Руслана Ткачука.

Каждый член экипажа в полной мере осознавал персональную ответственность за безаварийное плавание. Такой настрой в экипаже стал результатом длительной кропотливой работы командования корабля.

Уже в самом начале похода Е. Д. Чернов не преминул проверить экипаж лодки на «срочное погружение». На глубине сорок метров одержались и после дифферентовки ПЛ, изменив глубину погружения до заданной на переход в точку встречи с кораблями обеспечения, лодка заторопилась через центральную впадину Баренцева моря к жёлобу Святой Анны, пролегающему между архипелагом Земля Франца Иосифа и островами Ушакова и Визе Центральной Карской возвышенности.

Приближение к кромке льдов первыми ощутили акустики по изменившемуся фону естественного подводного шума. Другие специалисты ни по одному из средств контроля наличие льда не фиксировали. Натренированные уши акустиков сразу же уловили приближение льда. Гамма подводных звуков в северо-восточном углу Баренцева моря не столь впечатляюща, как в Атлантике. Голос моря здесь более спокойный. В нём превалирует шорох трущихся друг о друга льдин. Сплошная кромка льдов, уходящая к горизонту, и отдельные громадные льдины, покачивающиеся вблизи, поражали чистотой красок без всяких полутонов.

Подошедшие корабли обеспечения прервали наше восторженное удивление от встречи с красотами строгого Северного Ледовитого океана. После инструктажа о том, кто куда следует и как действует «в случае чего», началось срочное погружение с уходом под лёд в сторону Северного полюса.

Не знаю, какой максимальный дифферент ПЛ бывал до этого у очень аккуратного подводника В.Я.Барановского, но в этом заходе под лёд экипажу пришлось проверить свои ощущения по дифференту лодки в 26 градусов на корму. Эти ощущения и для меня были не из приятных, несмотря на то, что мне с Е.Д.Черновым довелось проверить сверхкритический дифферент в 50 градусов на нос при испытании головной подводной лодки «К-38» в Белом море. Правда, там над головой не было ледового купола.

Несколько тренировочных вертикальных всплытий без хода с «мягким» приледнением носовой частью лодки и ограждением рубки без взламывания льда с последующим отрывом от него и погружением, позволили отнивелировать сам манёвр, а с ним и незабываемые ощущения от происходящего. Состояние экипажа при тренировочных манёврах менялось от крайне встревоженного до весьма приподнятого. В конце отработки при следовании обратным курсом в точку встречи с кораблями обеспечения экипаж был уже совсем не тот, что нырял под шапку льдов накануне.

30 августа 1974 г. подводная лодка «К-454» взяла курс на восток. Гидрографы на лодке производили замеры глубин и толщи льда, фиксируя их для последующего внесения изменений в карты по маршруту следования ПЛ.

Комдив Чернов приказал открыть в трюме Центрального пост для визуального наблюдения за поверхностью с помощью перископа. Одновременная запись толщи льда с помощью эхоледомера позволяла набрать статистику и установить определённую закономерность для непредвиденных ситуаций типа выхода из строя эхоледомеров. Оказалось, что на приличной глубине при подстройке зеркала перископа вверх можно наблюдать изменения прозрачности толщи воды над головой. Иногда отчётливо были видны проносящиеся вихри, напоминающие чудовищ непонятных размеров.

В районе восемьдесят третьей параллели последовала команда о циркуляции вправо для изменения курса на 90 градусов. Из желоба Святой Анны лодка последовала по новому курсу подо льдами Северного Ледовитого океана через котловину Нансена глубиной более трёх тысяч метров, что внесло определённое оживление в настроение экипажа. За котловиной последовал хребет Гаккеля с небольшим поднятием дна, а дальше --

котловина Амундсена глубиной более четырёх тысяч метров, от которых по спине побежал лёгкий холодок. За ней последовал хребет Ломоносова, разделяющий подводную часть Арктики по океанскому дну на два бассейна.

Оставляя глубоко под килем котловины и хребты, лодка следовала указанным курсом под куполом льдов в течение нескольких суток по параллели строго на восток, лишь изредка подворачивая вправо или влево для прослушивания кормового сектора на предмет отсутствия слежки «супостата».

После пересечения хребта Ломоносова лодка, постоянно улавливая сигналы дрейфующей полярной станции, проследовала над котловиной Подводников с глубинами под килем около трёх километров. Но они уже не были столь впечатляющими, как в начале похода. И к таким глубинам привыкаешь, как только перестаёшь размышлять о них или обсуждать эту тему в разговорах.

Следуя в восточном направлении, подводная лодка незаметно перемахнула через подводный хребет Менделеева. Поднятие дна в этом районе было значительным, в отдельных местах глубина составляла менее километра. Пока позволяли глубины под килем, а над головой дрейфовал лёд, лодка шла на заданной глубине. Но через несколько часов хода по заданному курсу мы вынуждены были изменить глубину погружения, так как с выходом в Чукотское море следует резкое поднятие дна. Глубина сначала сокращается до 350 метров, затем становиться ещё в два раза меньше, а в районе чуть севернее островов Врангеля и Геральда и вовсе достигает 50 метров.

Пролетевшее в подлёдном плавании время приблизило нас к «контрольной точке» -- точке в мировом океане с вполне определёнными координатами, где каждый уважающий себя и других моряк должен быть минута в минуту. Через несколько минут после нашего прибытия акустики сообщили на ГКП об обнаружении шумов по указанному пеленгу.

Получив «добро» от комдива, лодка всплыла на глубину в 40 м, где акустики прослушали горизонт в режиме шумопеленгования и «эхо». Последовала боевая тревога для всплытия. Над головой прогремели условные сигналы – взрывы, ударившие по корпусу лодки так, что многие не только расслышали, но и почувствовали их близость к ПЛА.

По звукоподводной связи с кораблём обеспечения комдив Е.Д.Чернов обменялся приветствием с контр-адмиралом В.Г.Тумановым, принимающим лодку в состав Тихоокеанского флота.

Самый трудный участок остался позади. Лодка всплыла в надводное положение в северной акватории Чукотского моря, в проливе между островами Врангеля и Геральда. В немедленной готовности для выхода на мостик заняли место старпом, вахтенный офицер и рулевой сигнальщик. Командование к выходу наверх не торопилось, так как в ночной темноте увидеть что-либо кроме огней корабля обеспечения вряд ли было возможно.

За сутки до нашего прибытия в точку всплытия северный ветер погнал льды и накрыл ими практически весь район. К моменту нашего подхода изменчивая северная погода исправила положение, отогнав льды на их прежние рубежи, оставив лишь отдельные льдины между островами Врангеля и Геральда. Благодаря наводке с «Ильи Муромца» прямого контакта с льдинами при всплытии удалось избежать. После всплытия лодка почти сутки шла хорошим надводным ходом в сторону Чукотского полуострова. Глубины в Чукотском море не превышают 50 м, есть и такие места, где дно от поверхности отстоит всего на 30 м (банка Геральда). Следовать в подводном положении при таких глубинах совсем не безопасно.

Плавание в надводном положении при спокойном море всегда доставляет огромное удовольствие. Сейчас такого не получилось. Донимала бортовая качка. Над головой низкая облачность с мокрым снегом, переходящим в мелкий секущий дождь. С командирского мостика просматривались бескрайние просторы Чукотского моря. К концу очередной вахты в темноте появились огоньки одного из селений на Чукотском полуострове. Температура воздуха всего 3-4 градуса.

Ближе к Берингову проливу Чукотское море встретило нас полным штилем. Сплошную гладь нарушали лишь эскортирующие подводную лодку дельфины. Они выпрыгивали как по команде одновременно чуть ли не до уровня рубки, демонстрируя своё филигранное мастерство. Линия горизонта из-за слившихся в один сероватый цвет неба и моря практически не просматривалась. До Аляски слишком далеко, а вот берег Дауркина полуострова справа с выступающим мысом Дежнева хорошо виден и без бинокля.

В 19.06 по московскому времени первые лучи солнца прорезали поверхность высокого берега мыса Дежнева, остающегося вместе с посёлком Уэлен у нас за спиной. 7 сентября 1974 года в 19 часов 06 минут лодка «К-454» оказалась ближе всех к Солнцу во всём СССР!

С рассветом носовую часть подлодки решили атаковать огромные моржи, принявшие, по-видимому, нашу лодку за соперника, заплывшего в их владения. Их было с десяток, толстых и клыкастых, преграждающих своими тушами путь непрошенному металлическому монстру. Из-за тщетности усилий возмущённые моржи натужно фыркали, пронзительным рёвом призывая на помощь подкрепление. Соскальзывая с носовой полусферы, сносимые встречным потоком, они, казалось, проваливались в преисподнюю, но тут же опять появлялись в носу. От мысли, что такая туша может проскользить вдоль всего корпуса лодки до самого винта, становилось страшновато. При таком исходе не поздоровится не только моржу, но и гребному винту ПЛА.

В 19.26 начали вход в Берингов пролив. Позади остались Баренцево и Карское моря, море Лаптевых, Восточно-Сибирское и Чукотское моря, через воды которых подо льдами Северного Ледовитого океана наша лодка проследовала с запада на восток.

Слева остров Ратманова, принадлежащий нашей стране. Восточнее остров Крузенштерна и скала Фэруэй, принадлежащие США. За этой группой островов острым мысом Принца Уэльского начинается Аляска. Справа пробегает мыс Дежнёва, на обрывистом берегу которого виден памятник – белый постамент и крест, воздвигнутый в честь Семёна Дежнева, а может быть, Витаутаса Беринга, но ведомо это только жителям посёлка Уэлен, расположенного рядом на северном берегу мыса.

Со стороны островов к нам присоединилось и следует параллельным курсом на незначительном удалении эскортирующее наливное гражданское судно (по всей видимости, для закрытия ПЛА от чужих глаз). Встретив нас на входе в Берингов пролив, моржи сопровождали лодку и дальше. Экзотика с моржами дополнилась флотилией китов, плывущих на небольшом удалении от нашего курса. Как элегантен уход морских гигантов в глубь океана: за огромной головой медленно дугой поднимается лоснящаяся широченная спина с плавником, напоминающим вертикальный стабилизатор подводной лодки. Вся эта масса проваливается в воду, оголяя внушительных размеров хвостовой плавник, шлепком которого о поверхность завершается спектакль, устроенный нашими морскими родственниками – млекопитающими. От грациозных па феерического танца этих гигантов трудно оторвать взгляд.

Из-за мелководья Берингова моря подводная лодка и далее вынуждена следовать в надводном положении, прижимаясь к берегам Чукотского полуострова. Великолепная погода предоставила нам возможность насладиться красотой Тихого океана вплоть до островов Святого Лаврентия. Миновав северную излучину Анадырьского залива, где в небольшой бухточке приютился посёлок Провидение, наша лодка, не меняя курс, ещё несколько часов следовала надводным ходом до появления вдали приметного берегового очертания мыса Наварин, замыкающего Анадырьский залив с юга.

Южнее линии, соединяющей Наварин с островами Прибылова, началось увеличение глубин Берингова моря, что позволило лодке погрузиться и дальше следовать в подводном положении до Авачинской бухты Камчатки.

С поддержанием внутренней жизни экипажа по московскому времени при следовании в надводном положении у большинства подводников возник психологический дискомфорт из-за сдвигов биологических и природных ритмов. Экипаж довольно тяжело переносил эту ломку, что сказывалось на самочувствии, физическом состоянии и настроении людей.

С погружением под воду внешний раздражитель исчез, жизнь вошла в привычное русло. К концу перехода на психику уже не так давили глубины Алеутской и Командорской котловин, над которыми лодка проследовала к месту своего постоянного базирования. Правда, при взгляде на карту нет-нет, да и возникала мысль, как бы не застрять на хребте Ширшова или случайно не «прошить» насквозь один из Командорских или Алеутских островов, за которыми начинался Курило-Камчатский желоб с пугающей густотой синевы океанских глубин.

После арктической прохлады Авачинская бухта, прикрытая с севера горным массивом с величественной Корякской сопкой- вулканом, встретила нас теплом бабьего лета. Верховой ветер над вулканом вёл отчаянную борьбу с периодически извергаемыми из его жерла дымом, паром и газами. Частично ему это удавалось, но траектории вылетающих раскалённых глыб оставались неизменными. За спиной остался Петропавловск-Камчатский, расположенный у самого подножия Корякского вулкана. В глубине материка за бухтой Крашенинникова, куда держал путь наш корабль, панорама менялась. По мере подъёма к вершине сопки хвойный лес становился всё мельче и разреженней. А ещё выше всё как в тундре на Севере: мелкий кустарник и снежная нетронутая белизна.

Всего каких-то две недели пути, и подводная лодка К-454 подходит к пирсу, от которого биография её и членов её экипажа начнётся с нового листа. Встречающие с любопытством всматриваются в лица пришельцев как - будто они прибыли невесть откуда. Чего тут присматриваться. Все из одного «флотского инкубатора». Последовал доклад о прибытии новейшей атомной подводной лодки в состав Тихоокеанской флотилии ПЛ.
Присмотревшись более внимательно, в толпе встречающих замечаю лица однокурсников по «Дзержинке», с которыми не виделись более десятка лет.

После встречи, устроенной гостеприимными хозяевами экипажу корабля и походному штабу, командование флотилии и дивизии в благодарность за безаварийный перевод на ТОФ новейшего корабля решило поощрить походный штаб экскурсией в местную достопримечательность -- санаторно-курортный комплекс Паратунка. Это был настоящий отдых после двухнедельного напряжения, незаметно накопившегося в каждом из нас. До сих пор оживают в воспоминаниях силуэты величественных камчатских сопок, не чета северным, покрытых густым хвойным лесом, мощными стволами перекрученной временем и природой каменной берёзы, непроходимыми зарослями сплетённого кустарника – стланика, чего не приходилось видеть ни на Севере, ни в Средней полосе, ни на Юге.

При подъезде к Паратунке остановились у неприметного ручейка- речушки, в котором пробивались к поверхности пузырьки газов вулканического происхождения, значительно повышая температуру воды в местах их выхода. Попавшиеся на их пути рыбёшки всплывали брюшком кверху и уносились вниз по течению. Но через несколько мгновений «пострадавшие» приходили в себя и снова устремлялись наверх, стараясь держаться подальше от злополучных пузырей.

Воздействие термальных вулканических минеральных вод и мы испытали на себе в бассейне Паратунки. Эти ощущения оставили приятные воспоминания о себе на всю оставшуюся жизнь, тем более что совсем недавно перед нами этот бассейн посещали космонавты. Бассейн, в котором вода местами имеет температуру до 40 градусов, наполнен людьми, но самые стойкие выдерживают такие ванны не более считанных минут. Почувствовав, что дно уходит из-под ног, а голова погружается в туман, надо срочно выбираться на берег, чтобы отойти от «наркоза». Но как только наступает прояснение в мозгах, опять тянет в воду, чтобы поймать очередную порцию кайфа.

После приёма, устроенного камчадалами, двумя группами возвращаемся на Север. Одна группа во главе с комдивом едет через Москву с докладом в Главный штаб ВМФ. Нас распирает от гордости за то, что корабль был переведён с Севера на Восток подо льдами Северного Ледовитого океана в сжатые сроки и без замечаний. За этот год Тихоокеанский флот пополнился двумя новейшими лодками с Севера. Правда, вторая лодка К-314 оказалась здорово потрёпанной за стосуточный переход вокруг Африки. Но с нашей лодкой всё было в порядке. В августе-сентябре 1974 г. переход был осуществлён, из чего следовал вывод, что длительный поход одновальной лодки подо льдами возможен. И это было одним из важнейших итогов состоявшегося перехода.

Главной задачей в обеспечении безопасности плавания подо льдами с одновальной установкой было принятие необходимых организационно-технических мер, которые и были опробованы походным штабом во время перехода ПЛА «К-454» с Северного флота на Тихоокеанский. Руководил походным штабом командир третьей дивизии ПЛА Северного флота Е.Д. Чернов.

Вскоре после этого перехода командира АПЛ К-454 В.Я.Барановского назначили начальником штаба дивизии Северной флотилии атомных подводных лодок.

Задачу обеспечения безопасности плавания подо льдами подводной лодки с одновальной установкой походный штаб выполнил. Разработанную и опробованную в походе систему оргтехмероприятий необходимо было обобщить и в директивном порядке довести до экипажей, которым в следующих походах придётся нырять под лёд. Если до К-454 походы подводных лодок этого проекта следовало отнести к разряду подныривания (уходу подо льды на незначительное удаление от кромки льда), то переход лодки Барановского с Севера на Восток подо льдами Северного Ледовитого океана можно считать первопроходческим.

Оценка такого важного опыта в условиях, когда ещё была свежа в памяти руководства страны и ВМФ гибель большого противолодочного корабля «Отважный» Черноморского флота (в августе 1974 г.), была явно заниженной. Эта трагедия стала довлеющим фактором, который не позволил должным образом отметить вклад экипажа К-454, открывшего трансарктический маршрут для перехода на ТОФ одновальных АПЛ проектов 671 и 670. В таком же положении оказался и отряд кораблей из Западной Лицы, перебазированных на ТОФ командирами Гонтарёвым (АПЛ К-314 проекта 671) и Хайтаровым (АПЛ К-201 проекта 670) вокруг Африки в январе-мае 1974 г. Старший на переходе контр-адмирал Рудольф Голосов был поощрён транзисторным приёмником, а командиры лодок – наручными часами.

Не трудно представить себе состояние Главнокомандующего ВМФ Адмирала Флота Советского Союза С.Г. Горшкова, прибывшего на Камчатку для вручения Вымпела экипажу К-454 в год гибели БПК «Отважный» на ЧФ. Вряд ли он мог позволить себе обратиться к руководству страны за более достойными наградами для экипажей Барановского, Гонтарёва и Хайтарова.

«Звёздным» стал следующий «заплыв» с Севера на Восток подводной лодки К-469 (командир Урезченко) весной 1976 г., выполнившей важную задачу по охранению ракетного подводного крейсера стратегического назначения (РПКСН) под командованием Ломова, осуществлявшего переход на ТОФ из ракетной дивизии Северного флота. За этот поход целый ряд подводников были удостоены звания Героя Советского Союза. Была ли помимо третьей дивизии АПЛ в составе Вооружённых Сил СССР такая дивизия, которая в мирное время удостоилась бы стольких наград.

В последующие двадцать лет вплоть до её расформирования в 1995 г., никто из её действующего состава не удостоился высшей награды Родины, хотя целые поколения подводников своим самоотверженным трудом вписали в историю ВМФ много ярких страниц. Невольно закрадывается грусть оттого, что такое соединение как третья дивизия – родоначальница атомного подводного флота пропала в одночасье. А ведь как важно было сохранить это боевое соединение с его славными традициями для будущих поколений.


Комментарии читателей на сайте:
11/09/20081.Корректировка фамилии : мичман Осипов.
2.Не упомянуты мичмана : Казаку , Самаркин , Козин , Пацев , Гайдамак , Камаев , Флегонтов.
3.Моряки : Леончик , Степкин , Критевич ,Мысливцев , Ковальчук , Гусельников , Шендриков ,Картунов , Казначеевский , Барков , Летушев , Лебедев.

23/12/20082.С удовольствием добавлю старпома Кольцова, который вскоре ушёл командиром на 670ый проект, мичмана Логинова, который обслуживал электрохимическую регенерацию воздуха, корабельного врача Фурмана и начхима Буданцева, в распоряжение коих я попал сразу по приходе из владивостокской учебки.
3.Моряки Буров, Бременев, Логвиненко, Ольшанский, Кухарчик, Королёв и Суходуб тоже достойны упоминания.
4.Как же без легенды швартовки. Конечно боцман Зигмунд Феодосий Францевич.

13/01/2009 К сожалению уже ушли из жизни Р.Ткачук , штурман Клюев , м-н Осипов , Барков Ж. Вечная им память .

23/02/2009 ПЛ К-454 в 2007 году стала трёхотсечным блоком, как почти весь большой подводный флот ТОФ.
Ну а я бывший начхим К-454 принимаю активное участие в этом
Аватара пользователя
Иван Кукушкин
 
Сообщения: 11596
Зарегистрирован: 17 Июнь 2007 05:52
Откуда: Нижний Новгород

ТФ: К-454

Сообщение DimitryGMalkov » 03 Май 2015 01:36

 sn-project-671.png
DimitryGMalkov
 
Сообщения: 31
Зарегистрирован: 01 Май 2015 21:32


Вернуться в Вооруженные силы в Арктике.



Кто сейчас на конференции

Сейчас этот форум просматривают: нет зарегистрированных пользователей и гости: 1

Керамическая плитка Нижний НовгородПластиковые ПВХ панели Нижний НовгородБиотуалеты Нижний НовгородМинеральные удобрения